Terra Nova: «Вперёд, в пампасы!», главы I-III

Москва, ул. Литвина-Седого,

кафе «Хинкальный дворик»

 

— Мля, Димон, ты точно не прикалываешься? Мне сейчас не до шуток нифига.

— Да Ве́таль, я те в натуре говорю, всё так и есть! Каждую неделю полсотни человек перебрасываю, а то и больше. Сам увидишь. В понедельник приходи, всё подготовим красиво, тачку там нормальную, прикид правильный, всё такое, и вперёд, в пампасы… Ну мы ж друг друга лет десять уже знаем, чё ты? Я ж добро не забываю…

— Я не могу до понедельника ждать. Они меня найдут за выходные. Всех подключат, и ментов, и братву. Мне прямо сейчас надо сваливать!

Долговязый, с залысинами на блондинистой голове парень лет тридцати с копейками задумчиво взял с большого овального блюда одну хинкалину и, держа пальцами за хвостик, ловко сожрал в три секунды, отложив этот самый обгрызенный хвостик к горке собратьев на маленьком блюде.

— Я тебя услышал. Сегодня никак, канал уже закрыт. По выходным мы пассажиров не гоним, только грузы. Но если я попрошу, ребята на той стороне примут, у меня с ними контакт нормальный. Только надо будет доплатить десятку. Мне отдашь, я им сам потом передам.

— Не вопрос. Когда?

— Утром завтра подкатывай, к одиннадцати. Тут недалеко, в промзоне у Звенигородки. Знаешь же?

— Ага.

— Вот и лады. Улица Ермакова Роща, до конца поезжай. Там тупик, я в одиннадцать буду ждать.

— Я пешком подойду.

— Пешком там не очень… Ну, справишься, короче. До утра-то продержишься? Я б к себе пригласил, но, сам понимаешь…

— Да не, ты что, у тебя ж семья. Я бы и сам не пошёл, ещё не хватало этих туда на хвосте привести. Продержусь.

 

I

 

Новая Земля, База по приёму переселенцев

и грузов «Eastern Europe and NorthCentral Asia»

 

Платформа с лязгом остановилась, тело, по инерции, дёрнулось было вперёд, но ремни безопасности толкнули меня обратно в кресло. Открываю глаза. Приличных размеров ангар с бетонным полом и облицованными чем-то дешёвым стенами, открытые ворота, через которые ветер закидывает внутрь косые струи дождя… заскочивший в ворота чернявый мужик в целлофановой накидке отвлекает от дальнейшего изучения обстановки.

— День добрый!

— Приветствую. Отстёгиваться можно уже?

— Да, берите свои вещи, вон там вон постойте пока. Сейчас провожу.

Расстёгиваю ремни, встаю, рюкзак за спину, сумку в руки, схожу с платформы и встаю, где сказали. Отряхнувшийся от дождя мужик, тем временем, быстро считывает снятым с пояса сканером штрих-коды на штабеле ящиков, которые, собственно, и заняли большую часть платформы. Ящики, увы, не мои, всё моё уместилось в ручную кладь. Пользуясь моментом, продолжаю осматриваться. Бокс размером где-то 10*20 метров, кроме металлической арки ворот, полоски рельсов и стопки пустых платформ в дальнем углу. Ничего любопытного, короче. Мужик тоже особого интереса не вызывает. Чернявый, крепкий, под накидкой обнаружился слегка потёртый, но чистый рабочий комбинезон. На поясе, помимо инструментов, открытая кобура, и пистолет в ней. Делаю три шага в сторону ворот, ибо с предписанного мне места двор не видно. Чернявый краем глаза косит в мою сторону, но, убедившись, что это здоровое любопытство, а не попытка прорыва на режимную территорию, возвращается к своему занятию. Вот и хорошо, а я окрестности изучу пока.

Впрочем, много тут не изучишь. Обширный двор, у самых ворот идёт бетонная дорога метров пять шириной, дальше пятнадцать метров гравийной площадки, упирающейся в высоченный бетонный забор. Поверху забора идут витки «Егозы». Небо плотно затянуто сплошными тучами, дождь не сказать, что льёт, но и не моросит. Средний такой. Ветрено. Температура, по ощущениям, градусов пятнадцать. После 0°С и промозглой слякоти ноябрьской Москвы ничего так, но в футболке прохладно. Димон, мудак, сказал, что «двадцать градусов точняк будет». Интересно, насчёт чего он мне ещё лапшу навешал? Ветровку что ли достать?  Не, лень. Один хрен, сейчас на собеседование поведут, в офис. Там тепло должно быть.

Закончив проверку, приёмщик достаёт из чехла на поясе планшет, что-то быстро набирает и поворачивается ко мне.

— Всё, пойдёмте. Оружие есть с собой?

— Не, нету.

«Макар» мой сейчас лежит на дне Среднего Пресненского пруда, а новым я как-то не обзавёлся. Не до того было, знаете ли.

— Хорошо. Ну, пойдёмте, тогда.

Повторяется, однако. Чернявый выходит через ворота, я за ним, стараясь крутить головой на 180°. Любопытно же. Впрочем, всё выглядит обыденно до унылости. Дюжина боксов (наш – третий справа, если снаружи стоять), в дальнем от нас конце двора глухие металлические ворота, над ними караульная вышка, на вышке мужик в песчаного цвета форме, каске и с каким-то импортным автоматом. Из предпоследнего в том направлении бокса выезжает «ЛендРовер» какой-то старой модели, и останавливается на гравии. Но мы поворачиваем налево, в противоположную от него сторону. Здесь двор заканчивается одноэтажным зданием, вызывающим ассоциации с офисом и караулкой одновременно. Впрочем, ассоциации правильные: в здании две металлических двери, на одной табличка «Authorised personnel only», на другой – «Immigration desk». Могли бы и по-русски написать, вообще-то. Но, видимо, инструкции требуют единообразия. Справа от здания ещё одни ворота, и на них краской нанесена здоровенная надпись «Cargo terminal», под которой, шрифтом помельче, но тоже крупно, опять «Authorised personnel only». Чужим, значит, низзя.

За ту минуту, что мы шли до офиса, ворота справа от него успели выпустить во двор вилочный погрузчик. Жёлтый, малость побитый жизнью агрегат, управляемый явным таджиком, если не хуже, бодро прошуршал мимо нас по мокрому гравию и нырнул в ворота того самого бокса, в который я пять минут назад прибыл.

Мой проводник подошёл к двери, в которую чужим можно, провёл кусочком пластика по карт-ридеру и жестом предложил мне заходить в открывшуюся дверь. Что я и сделал, разумеется. Мужик же, вопреки моим ожиданиям, внутрь проходить не стал, а молча захлопнул тяжёлую дверь у меня за спиной. Даже «до свидания!» не сказал. Ну, да и хрен с ним. Тут ещё один есть.

Этот самый «ещё один», высоченный жлоб в «песочке», лёгком бронике, малиновом берете и с полным набором всяческих полицейских приблуд на поясе, вежливо поздоровался и не менее вежливо предложил мне поставить вещи на ленту машины, просвечивающей багаж. Ну, знаете, в аэропортах такие стоят. Да и не только там. С нынешними тенденциями в Эрэфии, они скоро в каждом автобусе и супермаркете стоять будут. Самого же меня охранник с всё той же безразличной вежливостью прогнал через рамку металлоискателя, попросил выгрести всё из карманов, прогнал ещё раз, после чего, наконец-то, успокоился и разрешил пройти дальше по правому коридору. «Интервью рум два, слева там будет», ага.

И правда, короткий проход заканчивается небольшой комнатой без окон, зато аж с пятью дверьми. На четырёх таблички «Interview room», с номерами, на пятой всё та же «Authorised personnel only». Что-то не совсем так всё выглядит, как я раньше читал. И ладно бы ещё двери и надписи, но вот обыск меня реально напряг. Не очень похоже на «мир свободных людей». Во всяком случае, я себе свободу как-то не так представляю. Ладно, чего уж теперь. Обратно-то нельзя. Да даже если бы и было можно, не стоит, мдя.

Уже собравшись было постучать в дверь под номером «2», замечаю кнопку звонка. Ишь ты, цивилизация. Жму, через секунду красный огонёк на металлической пластине замка сменяется зелёным, и раздаётся довольно мелодичное «би-и-и́п». Расценив это как приглашение, тяну дверь на себя. И правда, открыто. Внутри обставленный в современном безлико-функциональном стиле кабинет-приёмная. Несколько стульев, диванчик сбоку, шкаф, стол, кресло. Из кресла мне навстречу поднимается упитанный молодой парень лет тридцати, тянет руку. Ну вот, а я-то на симпатичную похотливую блондинку рассчитывал, согласно классике, хе-хе.

— Добрый день! Георгий.

— Здравствуйте! Виталий.

— Очень приятно. Добро пожаловать на Новую Землю!

Жестом приглашает садиться. Ну, и верно, в ногах правды нет. Песчаного цвета форма забавно обтягивает пухлое тело …грузина? Да, наверное. И имя, и в лице что-то этакое есть. Да и хрен с ним, в общем-то, хоть папуасом пусть будет. Главное, эмблема такая, какая и должна быть, согласно классике: масонские «глаз и пирамида». А то я уж переживать начал, вдруг меня куда-то не туда отправили.

— Можно Ваш пропуск?

— Да, конечно.

Забрав у меня кусок пластика, выданный на складе у Димона, Жора (как-то он у меня с солидным именем Георгий не очень ассоциируется) прокатал его на каком-то сканере и выбросил в мусорное ведро.

— А…

— Не переживайте! Это пропуск только для прохода через ворота. Сейчас нормальный ID Вам сделаем.

Хм… Опять нестыковка с предварительной инфой. Ладно, будем посмотреть…

Жора, тем временем, бойко стучит пальцами по клавиатуре. Клац-клац-клац.

— ФИО как на пропуске оставлять?

— Мм… да, оставляйте.

Клац-клац-клац.

— Так, фотографию тоже с пропуска берём… В сканер посмотрите, пожалуйста.

— Ээ… сюда?

— Да-да, прямо в глазок. Не моргайте.

Наклонившись, смотрю правым глазом в линзу небольшого пластикового прибора, установленного на столе. Млять, что-то мне это всё меньше и меньше нравится. А пальцы они тоже откатывают, интересно? Не хотелось бы…

— Так, очень хорошо, теперь левый глаз.

Да вот что-то не вижу я, что в этой процедуре такого «очень хорошего».

— Не моргайте, пожалуйста, смотрите прямо на светящуюся точку.

Смотрю, смотрю. За каким хреном им мой рисунок сетчатки? На случай утери ID, что ли?

— Прекрасно, спасибо. Одну минуту, пожалуйста…

Клац-клац-клац.

Штуковина на краю стола, похожая на принтер, немного погудела, после чего выплюнула в лоток прямоугольный кусок цветного пластика. Жора вытащил его из лотка, и с умеренной торжественностью передал мне.

— Поздравляю, Виталий Сергеевич, теперь Вы стали полноправным жителем Новой Земли.

— Спасибо. А это зачем было?

Киваю на сканер сетчатки.

— Исключительно для Вашего же удобства и безопасности! Скан Вашей сетчатки теперь записан как на ID, так и у нас в системе. Это позволяет надёжно защититься от кражи и неправомерного использования персональных данных…

Жора ещё пару минут разливался соловьём, как всё чудесно, безопасно и в моих личных интересах, но на меня такой охмуряж не действует. Чтобы предотвратить кражу ваших персональных данных, мы соберём у вас побольше персональных данных, ага. Ищите дураков в другом месте.

-…кроме того, это позволяет быстро и легко восстанавливать ID в случае его утери. Тем не менее, рекомендую заботиться о его сохранности – при внеплановой замене взымается пошлина в размере ста экю.

О как. При внеплановой, значит…

— А есть и плановые?

— Да, конечно. В возрасте шести, одиннадцати, тридцати и пятидесяти лет. Местных, разумеется. Ну, первые две замены Вы пропустили, ха-ха, но дата очередной замены есть на Вашем ID, обратите внимание. Плановые замены бесплатны, просто приходите в представительство Ордена по месту жительства, сдаёте старый ID и получаете новый.

— А дата рождения…

— Ну, понятно, что многие называют вымышленную. Но, если, как в Вашем случае, она плюс/минус соответствует наблюдаемой реальности, мы её принимаем.

Признаюсь, я не удержался, и пробормотал что-то глупое, в духе «А в книжке не так было…». Жора снисходительно вздохнул, откинулся в кресле поудобнее и начал явно привычную речь.

— Вы же Круза читали, да?

Киваю. Читал, разумеется. Иначе как бы мне вообще пришло в голову серьёзно отнестись к предложению Димона? «Давай тридцатку баксов, и мы тебя переселим в другой мир, где тебя никто не найдёт», ага. Смешно, если б не было так грустно, мдя.

— Что следует чётко понимать… Книга «Земля лишних», конечно, довольно адекватно отражает здешние реалии. Довольно руссоцентрично, я бы сказал, но отражает. По крайней мере, на момент её написания. Не забывайте, это было больше десяти лет назад, а у нас тут всё очень быстро меняется, сами увидите. Так вот, книга хорошая, и неплохо показывает тогдашнюю жизнь на Новой Земле. Я говорю именно про повседневную жизнь, а не про все эти военно-шпионские приключения, это-то уже художественный приём автора. Но воспринимать её как справочник туриста не следует, знаете ли. Это примерно как готовиться к поездке в Индию по «Шантараму»… Вы знакомы с этой книгой? Я давно заметил, что многие из самостоятельных переселенцев её читали.

— Да, конечно. Прочитал, и после этого решил туда съездить, кстати.

— Ну, вот. Замечательно. Тогда Вы точно понимаете, о чём я говорю.

Жора, кажется, и правда обрадовался. Видимо, его порядком достала необходимость каждый раз долго и подробно разжёвывать вновь прибывшим, что здесь им не тут.

— Скажите, а зачем же вообще Крузу позволили её издать? Он у вас тут был, что ли? Смог вернуться? С возможностями Ордена…

На пухлом лице грузина мелькнула снисходительная улыбка. Что-то много в нём этой снисходительности. Ладно, пусть тешит ЧСВ, мне пофиг.

— Ну, как говорится, умный человек прячет лист в лесу… Информация так или иначе утекает, а такие книги позволяют, во-первых, привить обществу скептическое отношение к подобного рода утечкам, и, во-вторых, пробудить нужные мысли в сознании потенциальных переселенцев. Поэтому нескольким людям и позволили выехать обратно, и издаться… Но, повторюсь, не надо к этим книгам относиться как к справочникам. У нас тут не Дикий Запад, и в «Безумного Макса» у нас на дорогах тоже не играют. Никаких «Советских континентов» тоже нет. Во-всяком случае, на контакт не выходили, ха-ха. И, разумеется, все в курсе, что ворота действуют в обе стороны, равно как и все знают, что проходить обратно запрещено всем, кроме особо доверенных сотрудников Ордена и богатых туристов с той стороны.

Я, конечно, не лишён некоторой склонности к романтике, но, тем не менее, по большей части человек практичный. Потому, из длинной речи Жоры сразу выделил главное.

— Раз все знают про ворота, значит, курс доллара у вас тут нормальный, а не заниженный вдвое?

Жора одобрительно кивнул.

— Совершенно верно. Конечно, взымается обычная 10% комиссия, но десятина — это не половина, ха-ха.

Вежливо улыбнувшись, продолжаю узнавать конкретику.

— И какой сейчас курс?

— По наличным долларам США – 3 доллара 53 цента за экю. Экю эквивалентно 0,1 грамма золота, в этом плане всё ничего не изменилось. Если вносите крупные суммы, курс может быть выгоднее.

— Крупные – это какие?

Жора впервые посмотрел на меня с интересом.

— Крупные – это от миллиона. А у Вас сколько с собой?

Млять! Ничего они тут устроились, если для них всё, что меньше ляма баксов, это мелочь. Чувствуя себя нищебродом, смущённо признаюсь:

— Пятьсот двадцать, с копейками.

— Ну-у… Совсем неплохо, совсем неплохо. ⅘ вообще без денег приезжают, им ещё и подъёмные выдают. А у Вас сразу такая сумма. Кстати, учтите – 100 000 экю на счёте позволяют Вам подать заявку в Агентство по закупкам. Это для тех, кому нужно что-то на той стороне купить. Прямые-то контакты запрещены, так что работают через них. Двадцать тысяч идёт в оплату услуг Агентства. Может быть и больше, в зависимости от сложности заказа. Заказ, соответственно, не менее, чем на восемьдесят.

Хм… А вот это интересно…

— И что там можно купить?

— Да много чего… Наценка, конечно, хорошая, плюс к двадцати тысячам, но, если деловая хватка есть, плюс успели вникнуть в местную жизнь, составить хороший бизнес-план… Некоторые очень удачно поднимаются.

— Так может, имеет смысл не менять? Я же за доллары закупать на той стороне буду?

— Нет, менять всё равно придётся. Банк Ордена не открывает счета в староземных валютах гражданским лицам и организациям, а Агенство не принимает наличность.

— Понятно.

Жадные, суки!

— Я Вам брошюру дам, почитаете. Там всё подробно расписано. Всё равно, сегодняшний поезд уже ушёл, так что ночевать на базе придётся. Вы же без машины перешли?

— Ага.

— Вот это Вы зря. Машину брать в любом случае придётся, без неё здесь никак. А цены на той стороне куда ниже, даже с учётом доплаты за вес при переходе.

— Ну, так получилось.

Кто ж виноват, что мне позарез надо было уходить немедленно, а у Димона, как назло, все подходящие машины разобрали. Не «Порш» же сюда брать. И ждать до понедельника тоже не вариант было, меня бы за выходные нашли и… мдя.

— Понятно. Теперь, если не возражайте, нам с Вами нужно заполнить небольшой опросный лист. Не беспокойтесь, это исключительно для статистических целей.

— Раз нужно, давайте заполним.

— Спасибо. Это много времени не займёт – я буду читать вопросы, и тут же всё в компьютер забивать.

Жора откашлялся, придал голосу и морде лица некую официальность, и начал:

— Интересуетесь ли Вы проблематикой борьбы с гендерной дискриминацией? Варианты ответа: 1) Активно участвую в борьбе с ГД 2) Интересуюсь и сочувствую борьбе с ГД, но сам активного участия не принимаю 3) Интересуюсь время от времени 4) Равнодушен 5) Считаю ГД оправданной 6) Другое (пояснить).

Я, признаться, слегка офигел. Ладно бы ещё спросили, не в розыске ли я где, или не играл ли за черноармейцев, но это… Он что, издевается?

— Виталий, какой вариант ответа Вы выбираете?

Да нет, вроде не издевается, лицо серьёзное.

— Вариант два.

Клац-клац.

Ну их нафиг, лучше перебдеть. Хоть аусвайс уже и выдали, но, может, это они специально, чтоб я расслабился. Отобрать-то несложно, думаю.

— Вопрос номер два. Интересуетесь ли Вы проблематикой расовой дискриминации? Варианты ответа…

«Небольшой опрос» затянулся минут на двадцать. Программа явно интерактивная, подстраивается под ответы, пытается запутать и «разоблачить». Лобовая тупость первых вопросов — это так, чтобы «клиент» расслабился.

Клац-клац.

— Спасибо за участие в опросе. Виталий, результаты показали, что, хотя в целом Ваш индекс социальной прогрессивности достаточно высок, Вы испытываете некоторый негатив по отношению к лицам, исповедующим ислам. Не могли бы Вы как-то прокомментировать этот момент? Напоминаю, что опрос проводится исключительно в целях накопления статистических данных, обработка сведений производится анонимно и не отражается в Ваших личных данных. Вот сюда говорите, в микрофон, программа автоматически переведёт всё в текст.

Ёб вашу мать, «индекс социальной прогрессивности», куда я попал?! Выпустите меня отсюда! Ага, так я и поверил, насчёт «анонимности» и «нигде не отражается». Два раза «ха».

— Я, разумеется, с большим уважением отношусь к исламу, одной из величайших мировых религий, равно, как и к людям, его исповедующим. Некоторое напряжение, которое выявил опрос, объясняется безответственным подходом некоторых средств массовой информации, отождествляющих преступления отдельных экстремистских элементов с исламом, религией мира и добра. Видимо, я, к сожалению, оказался до некоторой степени повержен этому влиянию. Конечно же, я понимаю, что у терроризма нет религии и национальности.

Эко я завернул. Аж самому понравилось. Попробуйте такое с ходу придумать. Жоре, похоже, понравилось. Во всяком случае, он, впервые за время опроса, позволил себе чуть ироничную улыбку.

Клац-клац-клац.

— Отлично сказано. Я Вам в стопку ещё брошюрку по религиозной толерантности и борьбе с исламофобией положу, прочитайте обязательно.

— Непременно.

Пиздец. Просто пиздец. Нет других слов. Димон, сука, встретимся когда-нибудь – пристрелю на месте! Или положу на стопку «Земли лишних» и подожгу!

Молодой грузин неделикатно посмотрел на часы.

— Ну, пройдёмте в банк? Или у Вас ещё какие-то вопросы есть? Я Вам все нужные брошюры отложил, вот, полистайте на досуге. Не обязательно здесь, можно и в Порто-Франко. Всё равно, сезон дождей сейчас.

— А что ж железку-то так и не построили до других земель? Это за тридцать с лишним лет-то?

— Политика…

Вообще, конечно, я бы Жору ещё порасспрашивал, он же мне так толком и не рассказал ничего. Но человек явно куда-то торопился, так что хрен с ним. Найду, с кем поговорить.

Отделение банка оказалось за той самой дверью с табличкой «Authorised personnel only». Конспираторы, блин. Отделение как отделение, ничего особенного. В присутствии Жоры открыл сумку, и стал выкладывать пачки с баксами в лоток под бронестеклом. Там их принимала толстая чернявая тётка (почему, кстати, они тут все, кроме высокого охранника, пухлые и чернявые?), распаковывала, прогоняла через машинку и упаковывала по новой.

— Сто Сорок Восемь Тысяч Семнадцать Экю.

Как это у неё так получается, каждое слово с большой буквы произносить? Практика, видимо.

— Отлично. Можно мне 140 тысяч на основной счёт, пятёрку на текущий, а остальное наличными?

Деньги, как и завещал нам классик, действительно похожи на игральные карты. Прикольно. Ладно, привыкну.

Между прочим, тут же мне выдали пластиковую карту Банка Ордена, с фирменной голограммой, штрих-кодом и надписью «VITALY SERGEYEVICH CHERNOV». ID, значит, за кредитку не канает. Ну, оно и логично, в общем-то. Конвертик с пин-кодом тоже выдали, кстати.

— Ну, что, Виталий, ещё раз поздравляю с прибытием, и удачи Вам. Медкабинет находится у самого выхода, не забудьте сделать приви…

— Подождите, а оружейная? Мне же оружие ещё выбрать нужно!

Млять, сам почувствовал, как в голосе появилась мерзкая, плаксиво-уговаривающая нотка. Ну а чё вы хотите, после всех этих «индексов социальной прогрессивности»?!

Жора строго поджал пухлые губы.

— Ношение оружия гражданскими лицами на территории базы строго запрещено. Как и, разумеется, его продажа. В целом, Орден проводит политику, направленную на снижение уровня агрессивности и милитаризации, повышение общественной сознательности граждан, создание гармоничного общества без насилия и дискриминации. Я Вам там брошюрку на этот счёт положил, почитаете.

ПИЗДЕЦ. ПРИПЛЫЛИ.

 

 

Новая Земля, База по приёму переселенцев

и грузов «Eastern Europe and North-Central Asia»

 

По крайней мере, бар «Рогач», он же гостиница, и правда существует. Хоть это радует. И даже похож на описание в книге – два этажа, веранда, здоровенная, слоновьих размеров шестирогая черепушка. Ладно, некогда его снаружи рассматривать, и так промок весь, пока дошёл.

Внутри оказалось довольно уютно. Стиль «деревенский трактир», мебель из солидного дерева, такая же солидная, основательная барная стойка. За стойкой, правда, торчит явный армянин, ну да нельзя же совсем без недостатков… На Арама не похож, слишком молод, но что армянин, тут сомнений нет. И тоже упитанный и чернявый. Интересно, тут у главы HR[1] фетиш на пухлых носато-губастых брюнетов? Или ещё какая причина есть?

— Здравствуйте!

— Добрый вечер!

— Это день у нас ещё. Скоро привыкните. Вы только покушать, или комната нужна?

— И комната, и покушать.

— С ванной семьдесят экю, с душем пятьдесят. С ванной номер побольше.

Мля. Нехило так дерут. Впрочем, всё понятно – монополисты, да ещё и при вокзале, странно было бы, если бы не драли. Плюс, они же не просто так монополисты – наверняка командованию базы отстёгивают. А то и принадлежат.

— С душем, пожалуйста. А кормят у вас тут чем?

— Пятьдесят экю с Вас. Кормят у нас тут едой. Вот меню, пожалуйста. Бизнес-ланч закончился уже, так что в основных блюдах смотрите.

Изучаю меню. Кавказско-среднеазиатскую еду я как-то не очень, это пропускаем… вот, «Печень вилорогой антилопы по-строгановски, в сливочно-грибном соусе», хорошо звучит. Интересуюсь, сколько будет готовиться.

— Минут сорок. У нас никакой разогретой заморозки, всё свежее.

— Замечательно. Тогда беру, а сам заселюсь пока. Платить наличкой или картой?

— Да как Вам удобнее.

— Картой тогда.

Заодно ознакомлюсь с процессом безналичных платежей в новом мире. Оплата наличкой, думаю, одинакова во всех мирах, включая ещё неоткрытые.

Впрочем, ничего особо интересного в процессе не оказалось – с подсказки бармена я провёл ID по карт-ридеру, мини-принтер выплюнул чек, вот и всё. Никакой экзотики, аж обидно. Шучу. Не надо мне никакой экзотики в денежных вопросах.

Поднявшись на второй этаж по той самой гулкой деревянной лестнице, воспетой в романах, оказываюсь в том самом коридорчике с деревянными же панелями на стенах. Вот только дверей не восемь, а две дюжины. Здание явно куда длиннее, чем кажется при взгляде со стороны фасада. Интересно, всегда так было, или десять лет назад дверей и вправду насчитывалось втрое меньше? Мне одиннадцатый номер достался, кстати.

Номер вполне приличный, если не вспоминать, что он стоит хорошо так за полторы сотни баксов. Комната маленькая, но чистая и светлая. Окно выходит на мокнущую под дождём крону дерева, ну да бывают виды и похуже. Полутороспальная кровать, два стула, шкаф, столик. Всё тот же деревенский стиль, но сделано добротно, с душой, что называется. И вообще, я люблю, когда в доме много дерева.

На крохотном столике обнаруживается лист бумаги с различной полезной информацией, от расписания поездов (завтра первый в 10:45, не пропустить!) до расценок на услуги прачечной. Прачечная, между прочим нужна – после суток на ногах в слякотной ноябрьской Москве джинсы изгваздались основательно. Да и вообще, я чистоплотный. Кстати, надо бы душ принять, а то попахивает уже от меня, сам чувствую. Быстро скинув одежду, захожу в тесноватую душевую кабинку.

Уф, хорошо! Обожаю горячий душ. Вытяжка, правда, что-то хреново работает, ну да ладно, я ж тут не час плескаться собираюсь. Да и вообще, аккуратнее надо, место прививок не замочить, медсестра предупреждала. Она, кстати, в порядке исключения оказалось не упитанной кавказкой, а миниатюрной, худой, как щепка пожилой азиаткой, говорившей на русском с сильным акцентом.

Растеревшись жестковатым махровым полотенцем, переодеваюсь в чистое: тёмно-серые «тактические» брюки, чёрная футболка. Немного мрачновато, зато немарко и практично. Грязные вещи, следуя инструкции, складываю в матерчатый мешок, на котором стоит клеймо «11». Теперь оставшиеся вещей развесить и разложить в шкафу, нефиг им в рюкзаке зря слёживаться, и можно идти. Мешок забираю с собой. Где же… ага, вот. В самом конце коридора на стене деревянный люк с надписью «Laundry». На мусоропровод похоже, хе-хе. Вообще, странная система, первый раз такое вижу. Ну да ладно, лишь бы постирали и высушили нормально.

Внизу всё без особых изменений: армянин торчит за стойкой, один столик занят. Правда, раньше был занят у второго окна слева, и там степенно вкушал стейк бритый наголо мордатый мужик в «песочке» и с кобурой на поясе, а сейчас молодая пара в гражданской одежде что-то оживлённо обсуждает над кружками с пивом у крайнего окна справа.

— Ну, как, устроились?

— Да, спасибо. Пиво какое есть?

— Светлое, тёмное, светлое нефильтрованное, тёмное нефильтрованное, красный эль. Есть немецкое, есть английское. Маленькая кружка – одна английская пинта, большая – две.

— Светлое нефильтрованное чьё, немецкое?

— Да.

— Вот, его пожалуйста. Маленькую. А на закусь что посоветуете?

— Колбаски посоветую, мясные или из морепродуктов.

Ага. Про «рыбные колбаски» что-то я читал, помнится. Лучшая рыба – это колбаса, как говорится.

— Из морепродуктов.

Кивком поздоровавшись с молодой парой, располагаюсь за два столика от них. Мало ли, вдруг интересное что услышу.

Обслуживание здесь шустрое, надо отдать должное – только успел сесть и осмотреться по сторонам, как бармен уже притащил кружку пива и тарелку с нарезанными колбасками. Ну-ку, заценим… мм… вещь! Это я про пиво. Отличное. Теперь закусь… тоже превосходно! Жизнь налаживается, хе-хе.

— Скажите, а Вы тоже только прибыли?

Вопрос парня отвлёк от погружения в глубины вкусовых ощущений.

— Да.

— И как впечатления? Вы Круза читали раньше?

— Читал… Да как-то не совсем всё так, как в книжке, мягко говоря. Откуда путь держите?

— Из Кемерово, через Новосибирск проходили. А Вы?

— Москва.

— Не хотите компанию составить? Обсудим, мыслями поделимся.

— С большим удовольствием.

Ну, не то чтоб прям с таким уж большим, какие у них мысли полезные могут быть, если они сами только что прибыли. Но и негатива к ним нет, так что, почему бы и не подсесть? В конце концов, чем чёрт не шутит, может, и правда что-то интересное услышу.

Знакомимся. Парень, ничем внешне особо не примечательный шатен, назвался Димой (везёт мне на Дим эти сутки, хе-хе), в Кемерово трудился продавцом-консультантом в «МТС». Его законная супруга Оля, довольно симпатичная крашенная в блондинку худышка, делала что-то там хитрое с женскими когтями в салоне красоты. Переселялись они не за свой счёт, а по программе, так что получили по две тысячи экю на нос, плюс ещё одну, как готовая ячейка общества. И сам переезд для них бесплатный, в отличие от меня. Ночёвку в «Рогаче» им тоже Орден оплачивает. Пиво, правда, нет, но тут уж они решили отметить переезд. Да и пиво на удивление недорогое, сравнивая с ценами на номера – два экю за пинту. Хотя на самом деле, конечно, семь баксов за кружку пива кроме как чудовищной наглости обдираловкой и не назовёшь.

Я представился Виталием, мелким предпринимателем из Подмосковья, которого всё в этом самом Подмосковье и вообще в РФ достало так, что решил продать бизнес и переселиться. Благо, нашлись знакомые, подсказали, что есть такая возможность. В некотором смысле всё это даже правда, хе-хе.

Поначалу логика «орденских» вызывала у меня некоторое недоумение – за каким хреном им понадобилось оплачивать переезд продавца мобильников и «нейл-дизайнерши». Как-то не очень рационально выглядит, мягко говоря. Но, как по ходу разговора выяснилось, полагать «орденских» идиотами не стоит. Дима по образованию инженер, причём даже успел несколько лет отработать по специальности, обслуживая что-то там шахтно-горнопроходческое. Оля училась «на экономиста», т.е., можно сказать, образования у неё нет. Впрочем, если подумать – женщинам для хорошего настроения нужны красивые (по их мнению) ногти, когда хорошее настроение у женщин – хорошее настроение у ихних мужиков, а когда хорошее настроение у мужиков, работа спорится. Так что, получается, от Оли тоже польза.

Женаты они уже четыре года, в Кемерово ютились на съёмных квартирах, детей не заводили в силу отсутствия денег и человечьего быта, доходы за последний год, на фоне общего нашествия северных пушных зверьков в РФ, сократились вдвое, так что за предложение вербовщика ухватились руками и ногами. Благо, тематическую литературу Дима почитывал регулярно. Опять же, холод надоел.

Отсутствие оружейного магазина и проверку на «индекс социальной прогрессивности» ребята восприняли легче, чем я. Если для меня это «мля, пипец!», то для них – «о, а в книжке не так было». Оля вон насчёт оружейного вообще с одобрением высказалась, мол, нечего тут. «А то друг друга перестреляют», ага. Я хуею удивляюсь, дорогая редакция.

Армян из-за стойки, явно мучимый бездельем, вскоре тоже переместился к нам, представившись «Саша, из Ростова, шесть лет тут». Ну-ну. Вообще, конечно, стоит в его присутствии за языком следить. То, что он стучит в местную сигуранцу, это к гадалке не ходи. У меня, помнится, этот момент ещё в «Земле лишних» сомнения вызывал. «Не верю! – как говаривал великий Станиславский, — водка в буфете не может закончиться!» Но в качестве источника информации – почему бы и нет?

Саша, явно наслаждаясь ролью всезнающего гида, принялся обрисовывать ситуацию.

— Нет, в Порто-Франко оружие есть, конечно. Это здесь в последние два года заморочки пошли, как ДЭС организовали. Анкеты эти, «индекс социальной прогрессивности», оружейный вот в том году закрыли. Ходят слухи, что Орден на той стороне хочет придать всё огласке, и выйти на IPO. Типа, шило в мешке не утаишь, информация всё шире расходится. Вот и «приводят корпоративные стандарты в соответствие с современными этическими требованиями».

— А чё за ДЭС такой?

— Департамент этических стандартов. Сначала почти незаметны были, но чем дальше, тем сильнее мозг трахают. Харассмент, дискриминация, всё такое. Нас тоже достают, хоть я к Ордену и никаким боком. Типа, раз на их территории работаешь, должен соответствовать. Теперь вот придётся чёрную одну нанимать, чтобы в квоту уложиться. Хорошо бы ещё лесбиянку найти – тогда сразу три позиции закроет.

— И ещё мусульманку при этом. Тогда четыре.

— А чё, думаешь, быва… – Саша было заинтересовался, но быстро сообразил, что я шучу, и махнул рукой.

— Тебе смешно, а мне вот не очень.

За стойкой что-то мелодично звякнуло, и армянин поднялся со стула.

— Сейчас, заказы ваши принесу, и продолжим. Пиво ещё повторить кому?

Пиво, разумеется, повторить нужно всем. Дима пьёт что-то светлое и британское, и вот Оля – местный вариант «Гиннеса», на вид ещё плотнее оригинала. Уважаю, да.

Саша в два приёма притащил три тарелки и три кружки пива, ушёл на кухню ещё раз и вернулся с кружкой тёмного и здоровенным стейком. Пахнет – зашибись. Надо было и мне такой взять. Хотя, печёнка антилопы с жаренной картошкой и овощным салатом тоже выше всяких похвал. Умеют тут готовить, этого не отнять. Судя по тому, с каким треском за ушами сибиряки уплетают свои порции риса с морепродуктами, их здешняя кухня впечатлила не меньше моего.

— Ум, Сань, офигенно просто!

— Стараемся.

— Слушай, ну вот ты же книгу тоже читал, да? Какие основные отличия от того, что там?

— Ну… Банд на дорогах нет. Сейчас вообще тихо, но и тогда, говорят, всё намного спокойнее было, чем в книге. Да и вообще, здесь, на Севере, тихо. Люди своими делами заняты. Преступность есть, конечно, но эскадронами по саванне она не скачет и города не захватывает. В Латинском Союзе только вечно бардак, ну это с самого начала у них там. И на приграничных территориях с ним пошаливают, бывает. Сейчас реже, у всех пограничников беспилотники, с ними не забалуешь.

— А на Юге что?

— Да всякие слухи ходят… Там так-то мало кто бывает. И люди туда не через наши базы идут, там свои есть, на южном побережье. Ну что у них там может быть, сам подумай?

Я жестом изобразил что вроде «бада-бум».

— Ну, да, типа того. На границе всё время стычки, это в нижнем течении Амазонки. Там с одной стороны россияне, с другой Ичкерия, ну и…

Слегка поморщившись от мерзкого словечка «россияне», делаю хороший глоток пива, попутно размышляя об услышанном. Пока что всё не так страшно звучит, как я себе навоображал после общения с Жорой. Люди предоставлены сами себе, оружие не отобрали. Насчёт банд на дорогах – ну, это и так понятно было. С учётом цен на автомобили и боеприпасы, экономический смысл в таких грабежах будет, только если по саванне бегают конвои с банковскими броневиками. В противном случае, в трубу вылетишь моментально Мне другое интереснее…

— А у кого-то кроме Ордена ворота есть? В книге же у Русской Армии были…

— Не, только у Ордена. И, кстати, нет Московского Протектората и Территории Русской Армии, уже пять лет как.

— А что случилось? Объединились?

— Типа того. В Москве заварушка какая-то началась, и армейцы просто ввели войска и сказали, что теперь будет единая Новороссия, а кто не согласен, тот враг народа. Но войны не было, так, постреляли немного.

Хм… Ну, хоть что-то хорошее. Новороссия – это звучит обнадёживающе. Можно туда двинуть. Наверное.

— И чего там сейчас? – Это уже Дима отреагировал.

Молодой армянин чуть глумливо ухмыльнулся.

— Православный социализм строят.

— Да нунах? – Тут первым успел я.

— Ага. Так и называется – Социалистическая Республика Новороссия. Государственная религия – православие.

Млять. Удар под дых №2. Это ещё покруче «индекса социальной прогрессивности».

— И чё, прям реальный социализм, как в Эсэ́сэре?

— Ну-у… Я сам не бывал. Разное говорят. Вроде, мелкий бизнес разрешён, репрессий тоже особых нет. Тут точно не скажу.

— Ясно, спасибо…

Дима ещё что-то там пытается разузнать насчёт развития горнодобычи на Новой Земле вообще и в Новороссии в особенности, но эта тема меня мало интересует. Блин, хреново получается. В социализм я не хочу, даже мягкий. Это он сейчас мягкий, а вот как придёт время назначать виновных в «объективных трудностях», так и жёстче станет. Историю учили, знаем. Не, ну его нафиг. Не поеду я в Социалистическую Республику Новороссия, разве что туристом. Колымы у них нет, конечно, но лагеря и в устье Амазонки разместить можно. Блин, но как же так хреново получилось-то? Ведь многие ещё Совдепию помнят, или родители рассказывали, ну зачем же опять на старые грабли прыгать?..

Ладно, раз этот вариант отпадает, думаем дальше. Что мне там ещё в книге понравилось? Техас, Американская Конфедерация. Надо о них ещё расспросить. А то, может, там тоже уже социализм строят. «Колхозники Канзасской АССР засыпали в закрома Родины», ага. Дождавшись, пока Дима отчаяться вытрясти из армянского бармена подробный отчёт об уровне развития горнодобывающей промышленности Новой Земли, задаю новый вопрос.

— А о Техасе и Конфедерации знаешь что? Можешь рассказать?

Саша явно обрадовался возможности переключиться с чуждой ему инженерной темы.

— Ну, чего… Я сам не был, но, говорят, более-менее книге соответствует. Одни в Дикий Запад играют, другие в «Унесённых ветром».

Ишь-ты, грамотный какой армянин бармен нынче пошёл. Какие он слова знает: и «ipo», и «Унесённые ветром». А ещё «ну» и «типа», хе-хе. Не бывал вот только нигде сам, обо всём с чужих слов судит, что не есть хорошо.

— То есть, нормально там народ живёт, без заморочек?

Саша скорчил пренебрежительную гримасу.

— Ну, смотря что для тебя «нормально». Я бы там жить не смог, наверное. Носятся со стволами своими, как дети. Ну и религиозные они там очень, тоже не всем подходит.

Это точно. Не, если меня не трогают, то пусть хоть по три раза на дню в церковь бегают, мне пофиг. Но ведь так не получится, обязательно будут косо смотреть – атеист, «безбожник», и всё такое прочее.

— А в Нью-Рино что?

— Цветёт и пахнет, чё ему станется? Чем больше в округе на нравственность упирают, тем больше людей туда едет деньги оставлять.

На входной двери звякнул колокольчик, и в зал ввалилось сразу полдюжины сотрудников Ордена разного пола и возраста. Кивнули нам, поздоровались с поднявшимся со стула Сашей, и оккупировали два столика на другой половине зала. Армянин пошёл к ним брать заказы, а я пока продолжил размышлять.

В Нью-Рино мне как-то не очень хочется. Одиночка с деньгами – первейшая цель для любой местной группировки, если речь идёт не о туристе, который эти деньги так и так в казино оставит. Нет, раскулачат меня там в момент, это однозначно. Да и вообще, не люблю я братву, во всех её видах.

Вы не подумайте, что я вот прямо так сразу принимаю судьбоносные решения, опираясь на рассказы армянского бармена, который сам нигде не бывал. Разумеется, я ещё всё 100 500 раз обдумаю и перепроверю, да и сам поезжу, посмотрю на «дивный новый мир» своими глазами. Благо, деньги есть. Но первичную информацию к размышлению армян дал, за что ему спасибо.

Не успел Саша взять заказы у этой группы, как вошли ещё двое, тоже орденские, потом какой-то тип в гражданке, но знающий бармена, так что наш источник сведений за стол так и не вернулся. Ну и ладно. У меня, честно говоря, у самого уже глаза закрываются, всю ночь же на ногах провёл. Посмотреть на здешних обитателей интересно, конечно, но не думаю, что от них можно узнать много интересного. База – явно «вещь в себе», а если кто что интересное и знает о мире за её пределами, то знает он это по должности, а потому не расскажет. Всё, пора на боковую. Попрощавшись с Димой и Олей, отправляюсь наверх, по пути помахав рукой армянину. Тот, впрочем, так занят, несмотря на появление официантки (не негритянских кровей), что и не заметил.

Уже раздевшись и почистив зубы, долго лежу на кровати, не в силах заснуть. Вроде и глаза сами собой закрываются, но не спится. Слишком много новых впечатлений. В голове мелькают обрывочные картинки прошлых проблем и будущих успехов, выползающие на белоснежные пляжи зубастые монстры и закат над саванной, огни Нью-Рино и … out.

 

 

Новая Земля, База по приёму переселенцев

и грузов «Eastern Europe and North-Central Asia»

 

Поезд внушал. Перед наглухо забранным в стальные листы и противокумулятивные решётки дизельным локомотивом прицеплен броневагон с двумя спарками АГС/пулемёт 12,7 на каждой стороне. И АГС и пулемёт буржуинские, не наши, так что название не скажу – не разбираюсь я в этом. Броневагон тоже забран в решётки, а перед ним ещё и открытая платформа идёт, заваленная мешками с песком. Ну, это понятно, на случай подрыва. Ещё один броневагон замыкает состав, на нём две башенки с …ээ..«Миниганами», кажется. И ещё одна пулемётно-гранатомётная спарка назад смотрит, но её отсюда не видно, как объяснил мне Сэм. Он вообще разговорчивый малый, даже чересчур немного, откровенно говоря. За те пятнадцать минут, что я дожидался на длинной, сваренной из металлической решётки платформе прибытия поезду, эта самая его разговорчивость мне успела малость поднадоесть. Интересно, он от природы такой общительный, или по работе?

Между двумя воплощениями милитаризма в голове и хвосте поезда, тянулись самые обычные вагоны, без всяких изысков – три пассажирских, два грузовых и полторы дюжины открытых платформ с техникой и штабелями ящиков. По словам всё того же Сэма, болтливого и черношкурого уроженца Миннеаполиса, раньше и пассажирские вагоны были бронированными, но нападений на поезд не было уже лет пятнадцать, так что их, по мере износа, заменили на нормальные. Время от времени встаёт вопрос и о снятии с линии броневагонов, но никто не хочет брать на себя ответственность за такое решение. А если вдруг какой нехороший человек таки захочет скосплеить Великое ограбление поезда? Сразу назначат виноватым. Ну, при всей моей нелюбви к перестраховщикам, в данном случае, предосторожность оправдана. Если уж где в этом мире и стоит «грабить корованы», так это здесь.

Дима с Олей, стоя в грузовой секции железнодорожной станции, внимательно наблюдают, как Сэм краном закидывает их «буханку» на платформу и там двое его коллег крепят машину. Очень быстро, кстати, от начала до конца процедуры и пяти минут не прошло. Чувствуется сноровка, приобретённая с опытом. Почему они по дороге не поехали? Отговорили их. Сезон дождей скоро заканчивается, всё это время лило немилосердно, так что поездка превращается в игру на рулетке: «утонешь/не утонешь». Всё, хватит стоять, скоро поезд отходит. Взмахом руки попрощавшись с Сэмом, захожу в средний из пассажирских вагонов.

Ничего так, чистенько и цивильно. Места для багажа возле тамбуров, по два ряда кресел с каждой стороны, у каждого окна столик, с обеих сторон от него кресла. Занавесочки на окнах. Так, в вагоне получается… раз-два-три…девять столиков с одной стороны, у каждого по четыре кресла, с другой стороны аналогично, получается 72 места в вагоне. Занято чуть больше половины, большинство свежеприбывшие переселенцы, по поведению и внешнему виду заметно. Но также есть несколько орденских в «песочке», а вон тот тип в гражданке явно здесь не новичок. Подсяду-ка я к нему, может, что интересное узнаю.

Фуф! Приятно в кресле очутиться. Что-то меня малость колбасит, и температура поднялась, кажется. Непонятно, это от прививок, или от того, что позапрошлой ночью замёрз, как собака.

Поезд, чуть дёрнувшись, тронулся с места. За окном поплыл местный пейзаж, в который я с неподдельным любопытством впился глазами. Мне же здесь жить предстоит, как-никак.

Вообще, больше всего похоже на западноафриканскую саванну в сезон дождей. Приходилось бывать. Буйство зелёной травы и кустарника, то тут то там поднимаются зонтики отдельно стоящих деревьев, кругом лужи и ручьи. Положительное отличие от саванны в Западной Африке – обилие живности. В какой-нибудь Нигерии-то всю давно выжрали под корень, включая львов и крокодилов, а здесь, вон, стадами бродит, причём разнообразная. О, нифига себе, чудище какое! Вот, кстати, и повод завязать разговор с попутчиком. Пожалуй, стоит сразу с английского начать, он же не на нашей базе садился.

— Ничего себе, здоровенный какой! Это что за зверюга?

Дочерна загорелый мужик лет сорока флегматично глянул в окно на нежащееся в гигантской луже нечто, больше всего напоминающее мохнатого трицератопса, и кивнул.

— Да, впечатляет, особенно, в первый раз когда видишь. Это рогач.

— Удивительно, и поезда не боится.

— Территория вокруг Баз – рай для животных. У здешней орденской администрации весьма строгие правила насчёт охоты, а чужих сюда и вовсе не пускают. В окрестностях Порто-Франко Вы такого не встретите, там местные охотники всё перестреляли давно.

— А Вы оттуда? Я Виталий, кстати. Вчера прибыл, из России.

— Алекс. Нет, я из Нью-Рино. По делам здесь.

Откуда он прибыл на Новую Землю и что за дела такие Алекс меня посвящать не спешил, так что я решил не проявлять излишнего любопытства в этом плане. А вот насчёт общей информации стоит его расспросить, пожалуй.

— Не расскажете немного о Нью-Рино? Много успел услышать за эти сутки, но всё из третьих уст. Действительно всё так …мм… своеобразно там?

Алекс (не могу определить национальность, кстати, непонятный акцент) чуть раздражённо поморщился.

— Ну, я же не знаю, что Вы слышали. Прекрасный город, мне нравится.  Второй по размерам на Новой Земле после Мекки, кстати. Почти четыреста тысяч человек. Есть всё, что нужно. Людям не мешают жить и заниматься тем, чем им хочется, пока они делают тоже самое одолжение окружающим.

На этом мой собеседник умолк, и задумчиво уставился в окно. Это в мою сторону, что ли, намёк был? Ну, ладно, навязываться не буду, хрен с тобой.

Через некоторое время поезд замедлил ход, и динамики под потолком сообщили, что мы прибываем на базу «North America», стоянка пятнадцать минут. Алекс встрепенулся и достал из кармана серой жилетки пачку сигарет.

— Нет желания подымить?

— Нет, спасибо, я бросил.

— Это правильно. Я тоже регулярно бросаю. Ладно, пойду, а то до Порто-Франко не дождусь

Возможно, и стоило бы вместе с ним пойти, для налаживания контакта, но как-то неохота под дождём мокнуть. Самочувствие, опять же, не очень.

Наше окно смотрит на противоположную от базы сторону, так что ничего нового, по сравнению с поездкой, в нём не показалось. Окно на противоположной стороне демонстрировало обшитую сайдингом стену какого-то здания, на фоне которой время от времени проходили под дождём люди в «песочке» или гражданке. Ничего интересного, короче.

В вагон зашло с десяток новых пассажиров, все в гражданке. Два молодых, спортивных парня хотели было усесться передо мной, но, узнав, что место у окна занято, сели лицом друг к другу у прохода.

— Привет!

— Привет!

— Я Джей, а это Рич. Мы из Эл-Эй.

— Виталий. Из Москвы. Рад познакомиться.

— Да, мы тоже. Ви́тали, так?

— Ага.

— Мы только сегодня перешли. А ты?

Блин, вот что за непруха? Те, от кого можно узнать что-то интересное, не горят желанием общаться, зато таких вот, ни хрена полезного не знающих, не заткнёшь. Эхе-хе-х… Ладно, понятно, ребята нервничают, вот их на логорею и пробивает.

За пять минут, оставшиеся до отправления поезда, рыжевато-веснушчатый Джей и брюнетисто-белокожий Рич успели мне поведать о своём возрасте (по двадцать пять обоим), профессии (что-то скучно-офисное, лень было вслушиваться), хобби (сёрфинг, конечно же), семейном положении (холосты и бездетны) и только собирались перейти к планам на будущее, как поезд тронулся и на своё место вернулся распространяющий вокруг себя запах сигаретного дыма Алекс.

Оба представителя калифорнийской молодёжи мгновенно опознали в нём старожила и, естественно, переключили внимание с меня. Что, в принципе, хорошо. Плохо же то, что теперь я не смогу спросить у Алекса ничего мне интересного – эфир наглухо забит помехами типа «а что это за зверушка?» и «как в Порто-Франко с сёрфингом?». Впрочем, терпения Алекса хватило ненадолго, минут через пятнадцать он сослался на усталость и откинулся назад, прикрыв глаза. Интересно, снова за меня теперь примутся?

Принялись, но не сразу – около получаса заняло обсуждение услышанного, от попыток втянуть меня в которое я отбивался репликами в духе «ээ..ну…» и «мдя…».

— Ви́тали, а ты куда вообще едешь?

Показалось, или вроде как дремлющий Алекс чуть пошевелил ухом?

— Пока что в Порто-Франко. Там осмотрюсь, разузнаю, что к чему. Всё равно, по морю навигация только через три недели откроется, мне сказали, а дороги недель через шесть высохнут, в лучшем случае. Спешить некуда. А вы, парни, куда собираетесь?

— В Калифорнию, чувак, куда же ещё? Как добраться только не очень понятно.

Здравствуйте, я ваша тётя. Блин, зря я так и не успел Жорины буклеты изучить. Проснулся за час до отправления поезда, только и успел что умыться-собраться-позавтракать.

— А тут есть Калифорния?

Парни синхронно выкрикнули «Конечно!», вызвав недовольное сонное бурчание Алекса, и, достав из маленького рюкзака карты, принялись просвещать невежду.

Калифорния на Новой Земле таки есть. За десять с лишним лет, прошедших с написания «Земли лишних», границы обитаемого мира малость подраздвинулись, скажем так. В частности, теперь на карте можно увидеть весь Север целиком, т.е. от устья Амазонки и до двух мысов, омываемых Северным океаном – далеко на северо-западе и, ещё дальше, на северо-востоке. В общем, граница Латинского Союза и Китая, проходящая более-менее по водоразделу между бассейнами океанов на западе и востоке соответственно, примерно через тысячу километров упирается в сильно заболоченную низменность на берегу огромного залива (не меньше Большого по площади) с поэтическим названием «море Туманов». Это самое море образовано двумя «рогами» полуостровов – потоньше и покороче, уходящего на северо-запад, и потолще и подлиннее, вытянувшегося на северо-восток. Этими полуостровами, собственно, Северный континент и заканчивается. Странно, кстати, что, с учётом здешней склонности к простоте (Большой залив, Северный океан, Большая река и т.д.) море Туманов не назвали Треугольным заливом,  хе-хе. По форме очень даже подошло бы.

Sorry, отвлёкся. Так вот, этот самый северо-западный полуостров, размером, плюс-минус, в полторы староземных Калифорнии, уже четыре года как занимала Калифорнийская республика, со столицей в горном городишке Сонома, выделенном на карте звёздочкой, и двумя городами побольше – Лос-Анджелесом на западном берегу и Фриско на восточном. Климат, как заверяла брошюра, очень напоминает калифорнийский. Единственная проблема состоит в том, что по суше Калифорния граничит с Латинским Союзом, ехать через всю территорию которого для обычного мирного путешественника весьма рискованно. То есть, как объяснил Джею и Ричу проснувшийся и подключившийся к дискуссии Алекс, не факт, что случится нехорошее, там не староземное Сомали, в конце концов, но шанс влететь есть, и довольно высокий.

Проявивший неожиданный интерес к судьбе двух любителей сёрфинга, житель Нью-Рино вкратце огласил список имеющихся у них опций:

— Садиться в Порто-Франко на корабль, идущий в Калифорнию. Грузовые корабли из главного порта планеты ходят всюду, так что найти подходящий особой проблемы не составит. Минус – долгое и унылое морское путешествие: вдоль берега Европейского Союза с заходом в Нойехафен, потом вдоль берега Китая с заходом в Шанхай, после этого вокруг огромного северо-восточного полуострова, с заходами аж в четыре индийских порта, затем опять короткий участок китайского побережья моря Туманов, с портом Далянь, ещё более короткая полоска, на которой к морю Туманов выходит Латинский Союз с портом Антофагаста, и вот она, наконец, вожделенная Калифорния, порт Фриско. Даже перечислять устаёшь, правда? А представьте всё это путешествие просидеть на не самом комфортабельном грузовом судне.

— Ехать сушей через Нойехафен в Китай, и там через всю страну в Далянь. Вариант мутный, потому как китайцы, единственные из всех северных стран, не разрешают свободный транзит через свою территорию, и что там начальнику смены пограничников взбредёт в голову, знает только дух Великого Кормчего. Может и завернуть обратно.

— Ехать сушей в Бразилию, там, в Рио или Баийе, искать судно, идущее в Лос-Анджелес, с остановками в латинских портах Веракрус и Кайао. В принципе, тоже не самое весёлое занятие на свете, автомобили и саванну видеть после такого явно долго не захочется.

Потенциальные новокалифорнийцы, ошалевшие от изобилия полученной информации, поблагодарили Алекса за ценные советы и погрузились в задумчивое молчание. Слава Ктулху. Впрочем, мы уже почти приехали, судя по всему. Отдельные фермы попадаются всё чаще, а вон там, впереди… да, точно, городская черта. Посмотрим, что за Вольный город такой.

 

II

 

Новая Земля, Вольный город Порто-Франко,

Вокзальная площадь

 

— Во-о-он там, видишь? Угол выглядывает, из жёлтого кирпича.

— Ага, вижу.

— Гостиница «La Princesa Inca». Самая нормальная из недорогих, только номера с окнами в сад берите.

— Спасибо!

— Давайте, удачи.

Попрощавшись с нами, Алекс запрыгнул в ожидавший его слегка побитый жизнью «ЛендКрузер», за рулём которого сидел такой же загорело-бывалого облика мужик, но чуть моложе, и убыл. Оставив меня на площади перед вокзалом, в компании Джея, Рича и их «Вранглера», обвешанного всяческим барахлом так, что саму машину почти и не видно. Одних досок для сёрфинга я шесть штук вижу. Куда им столько, на двоих-то?

— Ну что, парни, вы давайте на машине, а я пешком прогуляюсь.

— Да зачем, смотри, уместимся все… Вон, Джей сбоку повиснет, а ты садись.

— Не-не, я спасибо, но я сам хочу прогуляться. Засиделся в поезде.

Молодые калифорнийцы искренне не поняли, как это человек может хотеть идти пешком триста метров, когда можно ехать на машине, но, в конце концов отстали. Видимо списали на русское варварство. А мне и в самом деле хочется прогуляться. Из машины вы новый город не почувствуете, а тут не просто новый город, а целый новый мир.

Железнодорожный вокзал в Порто-Франко расположен возле Морского вокзала (вон он, собственно, симпатичное трёхэтажное здание из сине-зелёного кирпича, оформленное в корабельной тематике) и порта. Я краны прямо отсюда вижу. В центре большой, вымощенной жёлтым кирпичом площади оборудована большая пешеходная зона, с фонтаном, лавочками и деревьями, а высаживающие/подбирающие пассажиров автомобили движутся против часовой стрелки по кругу. Южная половина площади ограничена двумя вокзалами, а вот на севере трёхэтажной разноцветно-кирпичной стеной встают гостиницы (в основном с ресторанами на первом этаже). С северо-запада и северо-востока же на площадь выходят две широкие улицы, на первую из которых мне и надо. Гостиница, о которой говорил Алекс, расположена там.

Вообще, конечно, не факт, что останавливаться в гостинице, о которой тебе рассказал случайный знакомый в поезде, это хорошая идея. Ибо знакомый, как вариант, может оказаться совсем не случайным. И «неслучайность» эта может быть вызвана, например, тем обстоятельством, что, не далее как вчера, я внёс на счёт пол ляма баксов, превратившихся в полторы сотни местными тугриками. Тот же Жора вполне может скидывать кому-то инфу, за скромное вознаграждение. Или толстая армянка в отделении банка. Или ещё кто-то. С другой стороны, встретить меня здесь и незаметно проследить тоже никакой проблемы не составит, так что, пожалуй, не будем параноить.

Погода примерно такая же, как и вчера, разве что дождь перешёл из крейсерского режима «идёт» в экономный режим «моросит». Толпа вновь прибывших довольно шустро рассасывается по машинам и гостиницам, случайных прохожих на площади и улицах почти нет. Несколько бродячих торговцев под зонтиками, предлагающих …ээ… а хрен его знает, что. Ко мне не подходили, а самому интересоваться лень. Снедь какую-то, наверное. Гостиничные зазывалы остались позади, сразу за полицейским постом у перрона. Кстати, что любопытно – ID прокатывали не орденские патрульные, а местные копы, в темно-синей форме, техасских белых шляпах и с нашивками «Porto Franco Police Department».

Подойдя к гостинице, довольно уютному на вид трёхэтажному зданию из жёлтого кирпича, обнаруживаю калифорнийский «Вранглер» на стоянке, а его хозяев нахожу уже внутри, бойко что-то обсуждающих с совсем молодым парнишкой за стойкой. Характерное смугло-носатое лицо и прямые, угольно-чёрные волосы за версту выдают в их собеседнике уроженца Анд.

— О, Ви́тали, заходи. Это Пако.

Hola, Пако.

Hola, señor Vítali! ¿Habla usted castellano?

Solo un poco. Lo entiendo bastante bien, pero no soy bueno para hablar. Prefiero inglés.

Надо бы, кстати, испанский подтянуть. Может пригодиться.

¡Sí, señor! Por supuesto. Какой номер Вы хотите?

— Горячий душ, двуспальная кровать, второй этаж, окна в сад. Есть такой?

— Конечно, сеньор. На какой срок планируете остановиться?

— Ну, на неделю пока, там посмотрим.

— Если снимаете на десять дней и больше, сеньор, скидка 20%.

Está bien. Десять дней.

— 160 экю за десять дней, сеньор.

Вообще, вспоминая края, откуда этот самый Пако родом, стоило бы сначала подняться и посмотреть номер. Но что-то меня от прогулки снова колбасить начало, да и вообще, лень ходить по гостиницам и искать, где лучше. Не думаю, что там полный свинарник, гостиница выглядит довольно ухоженной. Но вот карточкой здесь расплачиваться я точно не буду. Плавали, знаем.

Пока я расплачиваюсь, Джей с пулемётной скоростью о чём-то там трещит на испанском (perdóname, на castellano) с потомком инков. Блин, мне казалось, с восприятием языка конкистадоров на слух у меня проблем нет, фильмы и новости смотрел когда-то, а тут только отдельные слова успеваю разбирать, одно из четырёх, не больше. Точно, надо подтягивать. Знание языков – это ресурс, и давать ему просто так покрываться ржавчиной будет глупо.

Номер вполне приличный. Чисто, достаточно просторно, большое окно, в котором вместо стекла деревянные жалюзи, выходит на огромный куст (или маленькое дерево) чего-то розового, цветущего и приятно пахнущего, несмотря на дождь. Сама комната обставлена в аскетично-колониальном стиле, с солидной, тяжеленой даже на вид мебелью из тёмного дерева. Что у нас там с санузлом… Млять! Вот не зря же мелькала мысль сначала посмотреть номер. Нет, тут не грязно, всё вполне прилично. Вот только на душе установлен проточный электронагреватель. Откуда у них такая любовь к этому извращению? Помню, в Кито подобная штуковина так коротнула прямо у меня над головой, что чуть сердце не лопнуло от неожиданности. Эхе-хе-х… Ладно, что уж теперь.

Раздевшись до трусов, падаю на кровать. Фуф… Что-то я притомился, однако. Интересно, всё-таки, это следствие прививок, или я в Москве грипп подхватил? Гулял он там как раз, помнится. Блин, не хотелось бы.

Ладно, раз сил выбираться в город нет, имеет смысл посвятить время изучению Жориных «брошюрок». А то я до сих пор на книжку более чем десятилетней давности полагаюсь, к тому же художественную, как выяснилось.

Начнём-ка мы, пожалуй, с географии. А конкретно – с карт. Всё равно, глаза на них так и косят, сами собой. Ага…

Собственно, «географический» именно из карт и состоит, чуть меньше, чем полностью. Сведений по политике, демографии и экономике практически никаких. Что-то мне подсказывает, что дело не в их отсутствии, а во всё той же политике, которая местным с 1973 года мешает нормальные железные дороги проложить. Впрочем, кое-какой прогресс в этом плане имеет место быть, судя по картам… Ладно, не стоит разбрасываться, даёшь систематичность. Я сейчас в Порто-Франко, вот с него и начну. А потом против часовой пойду.

Так, «Вольный город Порто-Франко», город-государство на стыке территории Ордена и Европейского Союза, население… а где данные по численности жителей? Смотрим легенду… блин, по городам численности населения нет. Мудаки. Тут-то уж что им помешало? Ладно, будем по значкам ориентироваться. Та-а-к… ага, «от 30 000 до 100 000 человек». Хм… Вообще, странно, конечно. Если я что-то понимаю в этой жизни (а я, смею полагать, таки понимаю), Порто-Франко должен быть, как минимум, милионником. Уж во всяком случае, самым большим городом на местном глобусе. А, чёрт, нет же пока местного глобуса, карты только. Ну, вы поняли мою мысль. Транспортный узел, через который идут почти все люди и грузы со Старой Земли, неизбежно должен принимать у себя толстый-толстый слой осадка со всех этих потоков. Но этого, по каким-то причинам, не происходит. Странно. Надо будет потом посмотреть буклет, который менты на вокзале раздавали. Возможно, там найдётся объяснение. Ладно, ставим зарубку в памяти, идём дальше.

Дальше у нас идёт Европейский Союз. Одно из местных сосредоточий цивилизации, насколько я понимаю. В разрезе планов на будущее, стоит присмотреться. Что у нас там на демографическом фронте? Крупнейшие города тоже «30-100», и таких городов в ЕС… ага, четыре: Нойехафен, Виго, Леон, Палермо. Из них два – порты, Нойехафен на восточном побережье, к северу от Порто-Франко, и Виго – на южном. Похоже, европейцы, вырвавшись из тесноты Старого (в обоих смыслах, хе-хе) Света, наслаждаются обретённым простором и в большие города не рвутся. Ну, может, оно и правильно. На природе жить для здоровья полезнее. Что там у них с транспортом… Ага, построили две железнодорожных ветки, одну от Виго к Леону, другую от Нойехафена к Палермо. Почему не соединили? Там осталось-то километров двести с копейками, судя по карте. Тоже «политика», или не успели ещё? Непонятно. Ага, а тут ещё и климатические карты есть, отлично. Тут им политика не помешала. Ну, с «Новой Европой» в этом плане всё понятно, жаркое сухое лето и прохладная дождливая зима, типичный климат саванн. Бывали мы в таких местах, и даже жили и работали, хе-хе.

Дальше… Дальше у нас Китай. Граница на юге с Европейским Союзом, идёт по горам, на западе с Латинским Союзом, тоже по горам (вернее, по тому месту, где они заканчивается огромное плоскогорье, на котором большая часть Латинского Союза, собственно, и расположена). Дальше, на севере, континентальный массив заканчивается, и начинается огромный, уходящий далеко на северо-восток «правый рог» – полуостров, занятый Индийским Союзом. Одни союзы вокруг бедных китайцев, понимаешь. Столица – Бейджинг (а где у ЕС столица, кстати? Почему на карте не выделена?), население «от 100 000 до 300 000 человек». Порт Шанхай на восточном побережье, к северу от Нойехафена. Ну, и от нас, соответственно. Население «30-100», аналогично Нойехафену. Мля, ну вот зачем это извращение, почему нормальные данные дать нельзя? Что там ещё у китайцев… Ещё несколько городов, порт Далянь на море Туманов, далеко к северо-западу, железка от Шанхая к Бейджингу… Короче, чёрт с ними, с китайцами. Селиться у них я точно не собираюсь, а для праздного любопытства время как-нибудь потом найду. Климат, разве что, глянуть. Ну, что и ожидалось – чуть более континентальная версия того же самого. Летом чуть жарче, зимой заметно прохладнее, вплоть до заморозков, дождей немного меньше, если подальше от побережья смотреть.

Индийский Союз. Интересно, у европейцев отдельные провинции не выделены, а вот у индусов и латиносов – вуаля. С чего бы так? Что мы имеем… Шесть провинций: Махараштра, Гуджарат, Орисса, Бенгалия, Бихар, Пенджаб, плюс маленькая федеральная столичная территория в горах, Варуна. Интересно, все шесть штатов «арийские», ни одного дравидийского среди них нет. Случайность? Не думаю, хе-хе. Население, кстати, довольно приличное, для образованной шесть лет назад территории – все столицы штатов «30-100». Железки, правда, не успели пока протянуть, но этот момент они нагонят, я думаю. Ну, индийцев на Старой Земле много, и живут они хреново, так что, темпы роста не удивительны. А вот столица что-то у них не очень растёт, всего лишь «от 10 000 до 30 000 человек». Климат уже прилично отличается от здешнего. Впрочем, оно и понятно, так далеко на север, да и водные массы кругом. У основания полуострова похож на северный берег Мексиканского залива – жаркое дождливое лето, прохладная сухая зима. Дальше постепенно меняется до умеренного, как на Восточном побережье Штатов (староземных, не здешних), а крайний северо-восток вообще на Шотландию скорее похож, и рельефом, и климатом. Как там ориссцы себя чувствуют, интересно? Хотя, хрен с ними.

Про Калифорнию уже говорили, не вижу смысла повторяться. Надеюсь, Джей с Ричем до неё удачно доберутся. Нормальные ребята, вроде бы, хоть и надоедливые малость.

Латинский Союз. По территории – самое большое государство на Севере. Если его можно назвать государством, конечно. Этот момент пока не ясен. Столица в Ситьо-де-ла-Луз, полтора десятка провинций, два города с населением больше тридцати тысяч – столица и порт Веракрус на западном побережье. Ой, нет – Веракрус даже больше ста тысяч. Железных дорог нет, что и не удивительно, судя по тому, что я знаю о латиносах. Почти ¾ территории приходится на аналог староземного Альтиплано, ну, чуть теплее и влажнее, но ненамного. Собственно, оно и не удивительно – не зря же соплеменники Пако туда сбежались. Вдоль западного побережья идёт узкая полоса прибрежной пустыни, как в Перу. На стыке пустыни и моря стоит местный мегаполис Веракрус, и, севернее, второй порт – Кайяо. Крайний северо-восток занят болотистыми низменностями на побережье моря Туманов. Идём дальше на юг.

Бразилия. От плато Латинского Союза граница идёт на юг, проходит по невысокой горной цепи, к востоку от которой лежит Американская Конфедерация, дойдя до Новороссии поворачивает на запад, пересекает Амазонку, ещё один горный хребет, после чего, наконец-то, упирается в океан. Столица в Сао-Бернабеу, на Амазонке, плюс два порта на океанском побережье – Рио-де-Жанейро и Баия. Все «30-100». Судя по тому, что пустыни вдоль западного побережья у них нет, а есть вполне себе буйная тропическая растительность, холодное течение уходит от берега где-то в районе границы с латиносами. В целом, климат западнее гор похож на прибрежные области Гвинейского залива, восточнее – на Сахель, сказывается дождевая тень, образуемая горами.

Ну, вот и дошли до сладкого, мдя. Социалистическая Республика Новороссия, во всей красе, прошу любить и жаловать, столица – Демидовск, «30-100», ещё Новая Одесса такого же размера. Особых отличий от «Земли лишних нет», кроме одного – перевалили таки через горы, и застолбили приличный кусок на западном побережье, между бразильцами и ичкерийцами. Даже порт основали, Владизапад. Дурацкое название, кто только придумывал. Ладно, не важно, главное, есть порт, и выход к Западному океану, это жирный плюс. Ага, и дельту Амазонки, как я понимаю, зачистили. Во всяком случае, граница на карте проходит в полусотне километров к югу от неё. И даже крошечный, «менее 1 000 человек» городишко там воткнули, на южном рукаве, чуть повыше места впадения в море. Грозный называется. Ну, молодцы, молодцы. Интересно, как у них там с чеченами дела обстоят? Хорошо, думаю. В том плане, что много их туда шастает, чеченов этих. Климат разнообразный, от полупустыни на границе с Бразилией и дождевых лесов западного побережья до экваториальных болот в дельте Амазонки и саванны, занимающей большую часть восточной прибрежной равнины. Чёрт, ну ведь такая прекрасная страна досталась, мужики! Какого хрена вас потянуло социализм в ней строить, а? Ладно, надо ещё инфу собрать. Может, не всё там так страшно. Железных дорог вон много, опять же, это хорошо. Через горы на запад только не протянули ещё, а так все основные города связаны.

Никакой «кубинской автономии Диких островов» на карте обнаружить не удалось, показана обычная территория СРН. Что, конечно, не говорит о том, что этой автономии нет в реальности. А вот что любопытно, так это то, что маленькая группа из пяти островков на крайнем юго-востоке показана как владение Штатов. Тех, которые со столицей в Зионе. Либо что-то наши недоглядели, в своё время, либо на них надавили, и пришлось идти на компромисс.

По американцам всех мастей никаких отличий от книги не вижу, только конфедераты все свои основные города связали чугункой, а «зионисты» проделали тот же фокус у себя на материковой части и на каждом из двух больших островов. Но две системы не соединяются. Между прочим, судя по карте, вообще ни одной трансграничной железной дороги на планете нет. Что наводит на размышления, мдя. Города небольшие, «30-100» только Форт-Ли и столицы штатов. И то, Форт-Рейган не дотягивает.

Обожаемый Алексом Нью-Рино, центр «Свободной территории Невада и Аризона». Так, а в книге, кажется, территория была не свободная, а автономная. Ну, всё течёт, всё меняется. Да, значок «от 300 000 до 1 000 000 человек», единственный такой город на Севере. Что-то мне экономические механизмы такого роста не совсем понятны, честно говоря. Не настолько здесь ещё высокая численность населения, чтобы поддерживать жизнь Лос-Вегасов такого масштаба. Ладно, соберу больше инфы, разберусь.

Остались просвещённые мореплаватели. Четыре провинции, из них три на островах: Англия, Шотландия и Ирландия. Одна на берегу – Уэльс. Два города с населением «30-100» — Нью-Портсмут в Уэльсе и Роки-Бей в Шотландии. Или «на» Шотландии, хе-хе. Много маленьких городишек.

Переходим к Югу. Здесь границы карты тоже раздвинулись, но меньше. Огромный массив континента идёт на юг, почти не сужаясь и не расширяясь, на востоке берега заболочены до непроходимости, на западе к морю выходят горы, поросшие аналогичной непроходимости джунглями. Что происходит между побережьями – тайна великая есть. Думаю, что в Ордене знают, наверняка авиаразведку провели, хоть самую поверхностную, но на карте отображать не торопятся, пока что.

Тук-тук.

Млять, в дверь стучатся. Кого там нелёгкая принесла?

— Ви́тали! Ты спишь?

Охренительный вопрос. Что он рассчитывает услышать в ответ? «Да, сплю!», или что?

— Нет, Джей. Что хотел?

— Да мы с Ричем идём город посмотреть, не хочешь с нами?

Мм… Можно, конечно. Хотя, нет, лень. Чувствую себя неважно. Лучше вон карты ещё поизучаю.

— Не, дружище, я простыл, что-то. В кровати поваляюсь лучше.

— Ок.

Или пойти, всё-таки? Нет, нафиг. На чём я там остановился? Юг, ага.

Города-то у южан побольше будут, кстати. Мекка и Мандела-Сити оба «свыше 1 000 000 человек», Кадиз и Лумумба «от 300 000 до 1 000 000». Приврал, значит, Алекс, его Нью-Рино не второй, а третий, а то и четвёртый-пятый. Хотя, может он просто чёрных за людей не считает, тогда да, Нью-Рино второй получается.

Железных дорог на Юге нет, разумеется. В принципе, не очень он мне в практическом плане интересен. Кое-какие идеи по обустройству и дальнейшей жизни у меня уже появились, и Юг в них никак не вписывается. Хотя… к Кейптауну и Порт-Дели можно присмотреться, как к запасным вариантам. Что там по ним… Кейптаун «30-100», Порт-Дели «100-300». Между прочим, а Индийский Союз и Британская Индия как друг к другу относятся? Любопытно…

Ладно, что-то меня и правда в сон клонит. Надо поспать, пусть организм спокойно борется с заразой, а то совсем расклеюсь. Чего-чего, но этого мне делать никак нельзя. Только новая жизнь начинается.

 

 

Новая Земля, Вольный город Порто-Франко,

Стейшн-Стрит, гостиница «La Princesa Inca»

 

Аа-оОо-уУу-эЭх! Ну, вроде, полегче стало. По крайней мере, таким разбитым себя уже не чувствую. Зато теперь жрать захотелось. Помнится, на первом этаже был ресторанчик, с вывеской «Arequipa». А Арекипа, если кто не в курсе, это столица перуанской кухни. Каковая, по моему скромному мнению, является лучшей в Латинской Америке, кроя мексиканскую и бразильскую, как бык овцу. Аргентинские стейки это святое, понятно, но в остальном – перуанцы рулят.

Умывшись и одевшись, спускаюсь вниз. За стойкой уже не Пако, а его чуть более стройная и высокая копия. Ну, насколько к потомкам инков вообще применимы такие характеристики, как «высокий» и «стройный».

Ресторанчик не особо большой, всего пятнадцать столиков, оформлен в классическом перуанском стиле, с тяжёлой мебелью и обилием керамики и шерстяных украшений на стенах. Ничего так, симпатично. Висит табличка с перечёркнутой сигаретой в красном круге, что радует.

Кухня отделена от обеденного зала каменной перегородкой по пояс высотой, так что, проходя к столику у окна, я наблюдаю четырёх поваров, энергично что-то шинкующих и помешивающих в клубах пара и всполохах пламени. Трое из них, кстати, больше на китайцев похожи, чем на индейцев. Впрочем, немудрено, китайцев в Перу полно, как и японцев. Другое непонятно – для чего такой накал трудового энтузиазма? В ресторане всего два столика заняты, ну, я вот за третий сел.

Официантка оказалась довольно симпатичной, ну да это в тех краях распространённое явление – молодая девушка выглядит так, что кровь сама собой отливает от мозга и уходит в места где она больше нужна в такие моменты. Проблема в том, что лет через пять она с вероятностью 90% станет похожа фигурой на маленький холодильник, и мысли о сексе при виде неё будут пропадать начисто.

¡Buenas tardes, señor!

¡Hola!

Девушка, обрадовавшись, что я hablo castellano, затрещала с привычной для латиноамериканских людей пулемётной скоростью. Может, попросить её на английский перейти? Наверняка ведь владеет этой мовой, иначе не взяли бы её официанткой. Нет, раз решил испанский восстанавливать, то и нечего откладывать это дело. Только надо её попросить, чтоб помедленнее тараторила.

Senorita, ¿podría hablar un poco más despacio, por favor? Mi castellano no es perfecto.

Девушка заулыбалась, включила пониженную передачу, и я начал её понимать.

— Вы прекрасно говорите по-испански, сеньор!

— Спасибо. Не то чтоб прекрасно, но стараюсь. Очень красивый язык, мне нравится.

— Спасибо! Принести что-нибудь попить, пока Вы смотрите меню?

— Да, пиво, пожалуйста. Немецкое, разливное, светлое нефильтрованное. Маленькую кружку. И севиче к нему. Такое, поострее чтоб. Севиче же есть у вас?

— Да, сеньор, конечно! Через минуту всё будет!

Ускакала за заказом. А ничего так, красивая, даже очень. Скорее южноевропейского типа, хотя и индейская кровь тоже заметна. И мне улыбается. Интересно, это она в принципе улыбается, потому что работа такая, или конкретно мне, потому что я весь из себя такой симпатичный и положительный? Ладно, там видно будет.

Так, чего бы пожрать-то взять… О, пачаманка у них есть! Но с припиской: уточнить наличие у официанта. Пачаманка, эта такая смесь всякого разного мяса (обычно баранина/свинина/курятина, если для себя делают, а не для туристов, то ещё и морских свинок добавляют), маринованного в специях, и потом запечённого в каменной или земляной печи с картофелем (сладким и обычным), кукурузой, маниоком, перцем чили и много чем ещё. Хлопотно в приготовлении, но дико вкусно.

Вот и пиво, с закусью в глубокой миске. Блин, я уж и подзабыл, какие у перуанцев размеры порций. Такими темпами одной закусью можно наесться. Ладно, справлюсь.

— Ваше пиво и севиче, сеньор. Определились с заказом?

— Да, пожалуй. Скажите, а пачаманка у вас есть сейчас?

Девушка задумалась, мило закусив нижнюю губу.

— Одну минуту, сеньор, сейчас я уточню.

— Спасибо.

Смуглая красавица отошла к стойке, разделяющий зал и кухню, и скороговоркой обменялась репликами со старшим поваром – пожилым, но жилистым и проворным китайцем. Вновь подходит ко мне.

— Будет готова через полчаса, сеньор. Подождёте?

— Да, конечно! Ради вкусной пачаманки я и час подожду. Она у вас вкусная?

— Да, очень! Вот увидите! Вы недавно в Порто-Франко?

— Вчера только прошёл через Ворота. А Вы?

— О, так Вы новичок на Новой Земле! А так и не скажешь, обычно новичков сразу видно. Я здесь уже два года, приехала из Лимы. Это в Перу.

— Я знаю, бывал. Прекрасный город, очень впечатлил. Машин только многовато на улицах.

— А, так вот Вы откуда знаете перуанскую кухню! Да, Лима очень красивый город. Но с работой там плохо, и воздух очень душный. Здесь, конечно, таких красивых зданий нет, да и вообще, не очень цивилизовано ещё, но мне нравится!

В ресторан, одна за другой, зашли две компании, и бывшая жительница перуанской столицы, извинившись, ушла одарять своим вниманием их. Ну, а я пока отдам должное пиву и севиче. По ходу разговора как-то невежливо было бы, наверное.

Фуф! Пиво отличное. Если не ошибаюсь, та же марка, что и в армянском «Рогаче». Великолепное прямо-таки, я бы сказал. Это радует, пиво я люблю. Теперь севиче… умм… сказка! Лучше закуси в мире нет, и не убеждайте меня в обратном. А? Что такое севиче? Мелко нарезанная сырая рыба и прочая морская живность, маринованная с луком и специями в соке лайма. Потом, в зависимости от рецепта, к ней добавляют различную овощь, перцы, приправы и т.д. Вообще, севиче много где готовят, по всей Латине, но вкуснее перуанского мне не встречалось. До сегодняшнего дня. Умм… Теперь ещё глоток пивка… Жизнь удалась!

Откинувшись на спинку стула, изучаю посетителей. Похоже, «Arequipa» пользуется популярностью у самой разнообразной публики, а не только у местной латинской диаспоры. Вообще-то, указанная диаспора, пока что, наблюдается исключительно в виде персонала. Столик прямо передо мной занимает пожилая азиатская пара, степенно и молча вкушающая что-то рисовое. Не знаю, откуда они, но с официанткой общались на английском, значит, не латиносы. Трое парней лет двадцати пяти–тридцати, сидящие за азиатами, явно англичане, этот акцент ни с чем не спутаешь (и хрен поймёшь, между прочим).

За столиком справа сидит одинокий мужик, судя по сандалиям на ногах и совершенно сухой одежде – такой же постоялец, как и я, спустился из номера заморить червячка. Довольно смуглый брюнет, в принципе, мог бы по внешнему виду проканать за латиноса, но, опять же, говорил с прекрасной la camarera на языке Шекспира, а не Сервантеса. Хотя, говорил с заметным акцентом, английский явно не родной, возможно, шифруется. Ладно, дело житейское. Я вон тоже шифруюсь, хе-хе. Немножко.

Вот кто у меня вызывает любопытство, так это компания, сидящая через два столика впереди-справа от меня. Нет, никто там не говорит с характерным чеченским акцентом, и мешочки с золотыми экю не меняют хозяев под столом. Два обычных белых (хоть и весьма загорелых) мужика что-то вполголоса обсуждают на неизвестном мне языке, не вызывающем никаких ассоциаций. Вроде бы, не романский и не славянский, но на 100% не уверен. Любопытны же они тем, что у одного из них на поясе имеется кобура, а в ней, в свою очередь, пистолет. Какой именно, понятия не имею, я не стволопоклонник, и опыт мой в пулевой стрельбе исчерпывается стандартным постсоветским квартетом ПМ – АКС – РПК – СВД. Зато цели были …ээ… ладно, не важно. А, вру, ещё из «Корда» как-то дали стрельнуть, но это уже так, баловства ради.

Пистолет этот мне интересен не сам по себе, а исключительно фактом своего наличия. Мужик зашёл в ресторан у меня на глазах, на оружие никто не обратил ни малейшего внимания. Одет в джинсы и клетчатую рубашку, на человека в штатском при исполнении не похож. Заказал пиво, которое, вообще-то, является алкоголем, если вы вдруг не в курсе. В общем, сразу много выводов можно сделать из всего этого. Конечно, куда рациональнее не сидеть и играть в Шерлока Холмса, а просто почитать буклет, полученный на вокзале. Наверняка, вопрос ношения оружия там раскрыт от и до. Но как-то руки не дошли пока до этого, да и вообще, полезно прокачивать наблюдательность и логику. Пригождается иногда.

Вот, кстати, ещё из категории «наблюдательности и логики» — мой свирепый, острый, как бритва разум раскрыл тайну вкалывающих в поте лица, несмотря на немногочисленность посетителей, поваров. В стене кухни есть окно, выходящее, насколько я понимаю, прямо на стоянку перед гостиницей. Минут пять назад к нему подошёл совсем молодой, лет пятнадцать, индеец, открыл, и теперь бодро принимает заказы на вынос, переправляя наружу упакованные поварами коробочки с яствами. Судя по интенсивности его работы, в городе только что закончился рабочий день (это в Москве шабат на дворе, а здесь среда), и народ заезжает сюда купить ужин и запитать его дома. Хорошо придумано, кстати, с окошком – в противном случае вся эта толпа сновала бы от дверей к стойке, беспокоя посетителей.

Впрочем, внутри людей тоже постепенно прибавляется – зашли три дамы в полном офисном облачении, заняли столик между мной и мужиком в сандалиях, заказали огромную (литра полтора, не меньше) бутыль какого-то «вишнёвого вина», к нему гору порубленного длинными полосками ч’арки. Это мясо, вяленое на солнце и холоде. Тоже хорошая штука, хотя южноафриканский билтонг мне больше нравится. Дамы, громогласно обсуждая на английском каких-то своих коллег, немедленно приступили к артподготовке взглядами на обоих флангах, но я отморозился. Единственная более-менее симпатичная похожа на потрёпанную жизнью копию Сары Джессики Паркер, а это как-то не мой типаж совсем. Интересно, а почему они возле трёх англичан не сели? Количество совпадает, те лет на семь-десять моложе, правда, ну это не критичная разница. Ладно, их дело. У меня тут своих проблем хватает – севиче закончилось! И пиво на исходе.

В зале появилась вторая официантка, ещё моложе первой – на вид лет семнадцать, не больше. Тоже симпатичная. Несколько пухловата, но мужику в 35 почти любая семнадцатилетняя девушка кажется достаточно симпатичной, по моим личным наблюдениям. В смысле, достаточно для того, чтобы. Ну, вы поняли. Сверху спустились две компании постояльцев, ещё одна пара (чернокожие, у мужика кобура на поясе, у девушки под курткой, но заметно, никто не обращает внимания) зашла с улицы, и вот зал уже полон людей. Про меня не забыли, интересно, во всей этой суматохе?

Не забыли. Чуть запыхавшаяся дочь инков уже тащит здоровенную керамическую миску с горой печёного мяса и овощей. Блин, как же я всё это съем-то? С помощью пива, как же ещё.

— …Ээ… Простите, как Вас зовут?

— Соледа́д, сеньор…

— Виталий. Какое красивое у тебя имя. Немножко грустное,[2] но красивое.

Вроде как, и на ты между делом перешёл, хе-хе. В испанском, в отличие от английского, есть разница между «ты» и «Вы». Это англосаксам приходится такие нюансы интонацией подчёркивать.

Красавица с грустным именем ухитрилась лёгкой гримаской выразить одновременно и благодарность за комплимент, и нетерпение в духе «ну говори уже что хотел, мне работать надо». Ладно, действительно, девушка на боевом посту, а я тут клинья подбиваю. Нехорошо.

— Мне бы ещё кружку пива, пожалуйста.

— Конечно, сейчас принесу.

Втягиваю носом ароматный горячий пар, поднимающийся от пачаманки. Умм… обалденно пахнет. А ну-ка…

Да, не зря я сюда зашёл. Кормят отменно. Говорил же – в плане кухни перуанцы рулят.

— Вот, пожалуйста.

— Спасибо, Соледад.

— Пожалуйста, Вита́ли.

Ага, запомнила! И даже произнесла почти правильно, что для иностранных людей редкость. Они, почему-то, всё время ударение на первый слог ставят, особенно англоязычные.

Управившись с громадной порцией минут за пятнадцать, откидываюсь назад в приятном осоловении. Удачно заселился, ничего не скажешь. Нет, я, разумеется, и другие ресторанчики проверю, не без этого. Но, по крайней мере, ломать голову над вопросом «где покушать?» точно не придётся.

Рассеяно наблюдаю за залом. Все столики заняты, основные блюда всем принесены, Соледад и вторая девушка перестали носиться как угорелые, и грациозно скользят по залу, лёгкими штрихами приводя картину вечера к совершенству. Единственные, кто выбивается из общей расслабленной картины, это повара, продолжающие крутиться, как заведённые. Поток желающих взять их творения на вынос не оскудевает.

Взять, что ли, третью кружку? Я, вообще-то, на спиртное особе не налегаю, всё, что больше кружки пива/бокала вина/рюмки коньяка/стакана виски в день, для меня превышение нормы. А? Нет, не всё это по очереди, что-нибудь одно, вы за кого меня принимаете?

Ладно, не каждый день приезжаю в новый город в новом мире, можно дать себе послабление. Жестом привлекаю внимание перуанской красавицы.

— Вита́ли?

По имени обратилась, а не «сеньор». Это хороший признак, или как?

— Соледад, а какое ещё пиво есть?

Перечень аналогичный таковому у Саши в «Рогаче». Попробовать этот самый красный эль, что ли?

— А где эль варят?

— В Куинстоне, это на острове Новая Ирландия.

— Вкусный?

— Да. У нас невкусного пива нет.

Хм, ну, да, логичный ответ. Было бы странно услышать «вообще-то гадость, но возьмите, пожалуйста, нам тару освобождать надо, а выливать жаба душит».

— Ну, раз вкусное, тащи маленькую кружку. Не могу же я тебе не верить.

Заулыбалась, пошла к стойке. Похоже, симпатия таки имеет место быть. Взаимная, между прочим. Несёт кружку.

— Вот, пожалуйста. Вита́ли, а Вы откуда?

Но вот на ты не переходит. Ладно, не будем торопить события.

— Из Москвы.

— О, ты русский! Я думала, немец, или ещё откуда-то из Европы.

— Не разочарована, надеюсь?

— Нет-нет!

Соледад (как, кстати, сокращённая форма?) замотала головой, взметнув роскошные чёрные волосы тяжёлой волной. Разумеется, прилежно зафиксировав мой восхищённый взгляд. Будем реалистично-циничны, этот жест у неё наверняка отработан.

— Я просто удивилась, среди русских почти никто не говорит на испанском. А Вы где выучили? В Перу?

— Не совсем. Я два месяца учился в языковой школе в Толедо, в Испании. А потом несколько раз ездил в Латинскую Америку. Но это было давно, так что уже подзабыл.

— Нет-нет, Вы прекрасно говорите!

— Может, перейдём на ты? Я здесь наверху живу, в гостинице, так что будем часто видеться.

— Хорошо, давай на ты! Потом ещё поговорим, ладно? А то мне пока что работать надо.

— Договорились.

Мм… Да, и правда, вкусное. Но предыдущие мне больше понравилось. Впрочем, если всё время пить и есть только то, что нравится больше всего, оно быстро надоест. Так что, даешь разнообразие.

Дамы за соседним столиком сманили к себе мужика в сандалиях, плюс откуда-то появился ещё один представитель мужского пола, в средней тяжести подпитии. Здоровенный такой товарищ с короткой бородкой, руки толщиной как мои ноги. Правда, и пивной животик имеет место быть. Что-то я пропустил, когда он появился. Судя по прикиду, тоже из постояльцев – не капли дождя на одежде и обуви. А за окном, кстати, настоящий ливень. С учётом сгустившихся сумерек, на улице ничего не разглядеть. Ладно, успею ещё улицы изучить.

Третья дама, оставшаяся бесхозной, стреляет в меня настойчивыми взглядами. Господи, женщина, ну вот Вы меня слепым считаете, или что? Разумеется, всё я замечаю, но если не отзываюсь, значит, не хочу, логично? И зачем тогда ставить нас обоих в неудобное положение, продолжая этот обстрел? Эхе-хе- х…

Пожалуй, сейчас пиво допью, и хватит тут сидеть. Вечер явно ещё только на пути к разгару, а я уже объелся, употребил и пофлиртовал. Хорошего понемножку. Всерьёз рассчитывать на удачное продолжение флирта этим же вечером не стоит, будем реалистами.

Жестом прошу Соледад принести счёт. Та издалека мимикой спрашивает «что, уже уходишь?», на что я тем же способом отвечаю «устал с дороги, спать хочу». Понятливо кивает. Ну, спать пока не хочу, если честно, а вот с брошюрами и буклетами на кровати бы ещё повалялся.

Черноволосая красавица приносит счёт в небольшой папке из толстенной кожи. С местного гиппопотама сняли, что ли? Сколько там набежало… Пиво по экю за кружку, нормально для ресторана… севиче один экю и целый казанок печёного мяса – два. Ну, с такими ценами и качеством неудивительно, что порции «на вынос» так и летят в окошко одна за одной. Можно дома вообще не готовить.

— Вита́ли, тебе всё понравилось?

— Да, Соледад, всё было прекрасно, спасибо. Завтра чуть свет я снова у вас! Чувствую, через неделю перестану в брюки влезать.

Оба смеёмся.

— Приходи, мы в девять утра открываемся. Я завтра в утреннюю смену работаю, с девяти до тринадцати.

— Тогда точно приду, а то уж думал проспать.

— Кстати, друзья зовут меня Соле.

Ага. Это уже не намёк, это явный шаг навстречу, однако. «Солнышко», значит.

— Это тебе подходит куда больше. А меня вот все одинаково зовут, нет сокращённой формы.

— Ну, я что-нибудь придумаю!

Опять смеёмся. Хорошая девушка, однозначно. Я не то чтоб сильно влюбчивый, вы не подумайте. Да и голову терять в случаях, когда таки да, не имею обыкновения. Просто девушка мне весьма нравится, я ей тоже явно симпатичен, так что, почему бы и нет?

— Ладно, очень рад был познакомиться, правда. Но глаза просто закрываются, хоть спички вставляй. Хорошего вечера!

— Я тоже очень рада! Хорошего вечера, и до встречи утром!

В папке из гиппопотамьей кожи я оставил десятку. Да, много, знаю, не стоило сразу так себя в роли ходячего банкомата демонстрировать, но вот захотелось порадовать девушку. Работа у неё, знаете ли, не из лёгких. Не верите – попробуйте сами как-нибудь.

Поднявшись в номер и раздевшись, внимательно рассматриваю место, куда медсестра мне вчера вкатила две прививки. Вроде никакого воспаления нет, даже точек от уколов почти не видно. Интересно, это свидетельствует о том, что меня колбасит не от прививок, а от ночного шараханья по ноябрьской Москве, или как? А чёрт его знает. Далёк я от медицины, увы. Ладно, раз ответа, всё равно, не знаю, пойду хоть душ горячий приму, может, полегчает. Полагаю, на предписание «не мочить место прививок» уже можно забить, сутки-то прошли.

Включаю водонагреватель с некоторой опаской …ээ… нет, не буду врать – с большой опаской. Настолько большой, что стою, при этом, на сухом полу и в резиновых шлёпанцах. Иногда лучше перебдить, знаете ли, и душ – как раз одно из тех мест, где это самое «иногда» живёт. Потому как в нём человек хочет расслабиться, и побыть мягким, розовым и беззащитным. И удар током или короткое замыкание над головой – последнее, что мне в такие моменты нужно.

Впрочем, никаких враждебно-угрожающих действий агрегат не предпринял, так что смело забираюсь под горячие струи воды. Выждав пять минут, на всякий случай, хе-хе. Лёгкая паранойя, как говорил один мой знакомый, есть непременное условие здорового образа жизни.

После душа, пару минут раздумываю, что выбрать: почитать буклет о Порто-Франко или посмотреть телевизор. В итоге, выбираю первое. В прежнем мире я уж лет десять как надел шапочку из фольги не тратил время на зомбоящик, не стоит отменять эту полезную привычку и в новом.

Качество полиграфии Вольного города Порто-Франко, между прочим, заметно уступает орденским образцам. И бумага похуже, и краски блёклые какие-то. Либо у отцов города проблемы с деньгами, что было бы очень странно, либо их не особо волнует, что свежеприбывшие на Новую Землю переселенцы о них подумают, и захотят ли здесь остаться. Это, сдаётся мне, куда вероятнее.

Бинго! Взял бы с полки пирожок, но его там нет. Остаться в Вольном городе совсем не так просто – лицам, не являющимся зарегистрированными гражданами, можно бесплатно проживать на территории Порто-Франко не более 25 дней в квартал. Исключение делается для переселенцев, прибывших через Ворота в сезон дождей – у них отсчёт начинается с официального объявления о наступлении сухого сезона. С тех же, кто хочет продлить своё пребывание в этом чудесном месте, взымается городской сбор, в размере пяти экю в день с человека мужчины, двух с женщины и одного с ребёнка в возрасте от шести до одиннадцати лет (местных, разумеется). При этом, уплата данного сбора не освобождает, разумеется, от уплаты остальных налогов и сборов. Коих, впрочем, не так много. Надо будет потом этот вопрос изучить повнимательнее, кстати, насчёт налогов.

Горожане вышеуказанный сбор не платят, но влиться в их счастливые ряды чужаку не так уж просто – нужен стаж проживания в Порто-Франко не менее года, подтверждение наличия законного источника доходов, отсутствие проблем с соседями и истории антиобщественного поведения, и т.п. При всём этом, Городской Совет, рассматривающий прошения, имеет полное право отказать в предоставлении статуса горожанина, не утруждая себя объяснениями. Или поставить условия, например, сделать вклад в городской бюджет, или ещё какую-то пользу принести. Хе-хе, ну и жуки. Напомнило богатые швейцарские городки, отбивающиеся от нашествия российских и арабских скоробогачей, жаждущих превратить выкачанные из своих Отечеств нефтедоллары в уютные шале.

С таким подходом, не удивительно, что численность горожан на конец прошлого года составила 98 515 человек, а не миллион с копейками. «Трудолюбивые гастарбайтеры» тут явно никому не нужны. Впрочем, к этой ещё нужно добавить 3 511 – среднедневное число уплачивающих сбор за всё тот же прошлый год. Получается, значок на карте врёт – народа здесь больше ста тысяч, даже без учёта болтающихся по городу вновь прибывших и трудовых мигрантов, живущих здесь бесплатно 25 дней и уезжающих потом домой ждать начала следующего квартала.

Любопытно, как-то не припомню в книге ни малейших упоминаний об этой системе. Сознательное умолчание, или просто тогда всё иначе обстояло? Про самоуправление-то там тоже ни слова, всем Орден рулил. А здесь вот, пожалуйста – выборный мэр, выборный Городской Совет из одиннадцати депутатов. Что там про историю сказано… «Основан в 9 году…» Ага, вот – Городской Устав принят на референдуме шесть лет назад. Шесть местных лет, это получается …мм… девять земных? Да, где-то так. Что-то мне подсказывает, что Орден был не особо рад этакому всплеску гражданской сознательности. Хотя, кто их знает. Неизвестно ещё, кто в местную элиту входит. Принцип «не можешь бороться – возглавь» никто не отменял.

Блин, опять спать хочется. Глаза закрываются просто. Нет, пока рано, надо ещё про оружие почитать. Я не стволопоклонник, как уже говорил, но интересно ведь. Да и в целом ситуация с правом граждан на оружие это отличный показатель, куда ветер дует.

Ага, а с оружием всё совсем неплохо. Отлично даже, я бы сказал. Разрешено ношение (без разделения на скрытое/открытое) револьверов и полуавтоматических пистолетов всем, кроме лиц, которым это запрещено судом. С уточнением, что любой случай угрозы оружием, не говоря уж о применении, будет рассматриваться, опять же, в суде. Это я одобряю, нечего зря стволами махать. Также разрешено свободное ношение гладкоствола, кроме автоматического. Хм… А бывает такой вообще? Ну, раз пишут, бывает, видимо. С дробовиками я вчера никого не видел, но это и понятно – какой дебил с ружьём в ресторан попрётся?

С остальным чуть сложнее – частным лицам разрешено иметь болтовики и полуавтомат калибром до 12,7 мм, автоматы до 7,92 мм. Хм… А что за калибр такой, 7,92? 7,62 знаю, а это… Впрочем, хрен с ним. Для меня, в обозримом будущем, всё это особого практического интереса не представляет. В Порто-Франко, по крайней мере. Ибо у тех, кто гражданами Вольного города не является, права заканчиваются на пистолетах и дробовиках. Всё остальное можно покупать, но не носить. Вернее, носить тоже можно, но только в опломбированных сумках, и доставать за городом или на лицензированных стрельбищах, при выходе с которых, опять-таки, всё нужно убрать в сумку и дать на опломбирование. Горожанам можно хранить дома и перевозить в машине, но по улицам носить только разряженным. Тоже одобряю. Дома пусть лежит, или в машине, а по улицам с автоматами ни к чему бродить.

Пожалуй, надо будет пистолетом завтра озаботиться. Прямо с утра. Не сказать, что я без оружия себя прямо голым чувствую, давненько закончился этот этап жизни, но лучше, когда оно есть. С этой жизнеутверждающей мыслью и засыпаю.

 

 

Новая Земля, Вольный город Порто-Франко,

Стейшн-Стрит, гостиница «La Princesa Inca»

 

Бр-р-р! Холодрыга! Под утро температура вообще градусов до двенадцати упала. Ещё и сырость, океан же рядом. Надо было окно на ночь закрыть. Хотя, спал-то вполне комфортно, шерстяные перуанские одеяла прекрасно защищают от холода. Но вот вылезать из-под этого самого одеяла теперь как-то совсем не хочется. Да и за окном не совсем рассвело ещё. Уже не темно, но ещё и не светло. Может, попробовать опять заснуть? Нет, чувствую, что не получится. Выспался. Что у нас там со временем, кстати?

Большие электронные часы на прикроватной тумбочке, оформленные в виде раскрашенного в инкской тематике керамического «кирпича», показывают 07:49. Да уж, неплохо я поспал. Часов десять, получается. Зато чувствую себя отлично отдохнувшим, никаких следов вчерашней простуды, или что это там было. Жрать вот только дико хочется. Что там Соле вчера говорила? Открываются с девяти? Блин, больше часа ещё. Ладно, поваляюсь ещё немного.

Минут через десять валяться всё-таки надоело, так что, шипя сквозь зубы, встаю босыми ногами на ледяной пол. Что же они, сволочи, коврик постелить не додумались? Нет, у меня шлёпки есть, конечно, но в них же разминаться неудобно. А мне вот как раз захотелось слегка встряхнуться.

Закончив разминку серией из нескольких подходов отжиманий/приседаний/выпадов, иду в душ. Вроде и согрелся, но одновременно вспотел, а день предстоит долгий. Да и вообще, чистоплотный я, в плане личной гигиены особенно. Помня, что еды пока нет, долго стою под горячими струями, наслаждаясь процессом. Хорошо… Вода, кстати, очень мягкая здесь – мыло приходится смывать долго и старательно.

Наконец, распаренный, выхожу обратно в комнату. Млять! Холодно! Усилием воли заставляю себя подождать минуту, чтобы окончательно обсохнуть, и быстро одеваюсь. Так, что там со временем? 08:36. Блин, двадцать минут ещё. Телевизор, что ли, включить? Буклеты читать как-то нет сейчас настроения. Где тут пульт лежал… ага, вот он.

Канал PFRC. Хрен знает, как там оно расшифровывается. Ну, насчёт первых двух букв я догадываюсь, с последней тоже есть предположения, но вот третья – даже вариантов нет. Молодой чернявый хлыщ и симпатичная шатенка чуть постарше сидят в довольно простенькой студии, и ведут что-то типа «С добрым утром!», или как там этот ужас у нас в своё время назывался. Рецепт фруктового салата, развод какой-то местной светской львицы, просто бессодержательный трёп. Исключительно из научного любопытства посмотрел пару минут, убедился, что канал местный, и переключил на следующий. Больше двух минут я такое вынести не способен, извините.

USD. Ха-ха, это в смысле доллар, что ли? Показывают бега, в прямом эфире. Собачьи. Хотя, видимо, не только: в перерыве между бегающими псинками пустили рекламу скачек, которые будут сегодня в 14:00, а потом и расписание вечерних боксёрских поединков. Студия вещает из Нью-Рино. Сволочи, не дают бедным животным поспать.

На следующем канале тоже показывали собак, но розовых и мультяшных, так что я сразу переключил дальше. Так-то я мультфильмы люблю посмотреть, но что-то типа Futurama, а тут для совсем уж маленьких показывают.

О, как в воду глядел! Она самая! Названия канала нет, только маленький круглый логотип в углу, ну да и хрен с ним. Какой это сезон… Четвёртый, кажется. Серия, в которой Бендера запулили в космос, и там на нём развилась цивилизаций шримпкинов. Которые, в итоге, выпилили сами себя в междоусобной атомной мини-войне. Люблю я «Футураму», отличный сериал. Единственное, надо смотреть на английском, и хоть немного представлять себе жизнь в Штатах (пусть теоретически, бывать там не обязательно, я и сам не бывал), иначе будет непонятно и не смешно.

Ха! Засмотрелся, а на часах пять минут десятого уже. Пора проверять, чем там «принцесса Инков» потчует гостей по утрам.

Слава Ктулху! Нормальные человеческие завтраки, а не ненавистный мне гостиничный «шведский стол». Три столика уже заняты, хоть с момента открытия ещё и десяти минут не прошло. Официантки две, Соле и какая-то новая, видимо, утро тут горячая пора. Новая тоже симпатичная, но с явно выраженными африканскими корнями. Наверное, из-под Ики откуда-то, там таких много. Соле, увидев меня, заулыбалась.

— Доброе утро! Как спалось?

— Доброе утро! Отлично, голодный только, как собака!

— Хорошо, сейчас накормим! – смеётся – Что на завтрак будешь?

— Кофе! Самую большую кружку, с молоком! Можно виски плеснуть, или ликёр какой-нибудь.

Со словом «коньяк» среди иностранцев нужно быть аккуратнее, а то как принесут, потом не расплатишься. Они же, как говорил известный «юморист», «тупы-ы-ы-е!». Не знают, что «коньяк» может быть молдавским или дагестанским. Поэтому, если хочется чего-то в этом духе, а кучу денег отдавать за это жаль, просите бренди.  Продолжаю.

— … есть? Только такое что-нибудь, солидное.

Вращая ладонями с растопыренными пальцами, демонстрирую желаемый уровень нажористости завтрака. Соле понятливо кивает. Ну, ей по должности положено такие вещи понимать.

¿Huevos rancheros?

Вроде, мексиканское блюдо, а не перуанское. Впрочем, на завтрак очень даже ничего. Как бы это перевести… мм… «яичница по-крестьянски», так, наверное. Вкусная штука, если хорошо приготовлена. Впрочем, готовят здесь хорошо, в этом я уже убедился. Четвёрка поваров, кстати, опять трудится в поте лица, и тот же самый молодой хлопец переправляет в окошко один пакет с едой за другим.

— Ага, давай. Сама-то позавтракала уже?

— Да, мы же раньше приходим. Сейчас кофе принесу.

Пригласить её, что ли, куда-нибудь на обед? Понятно, что не сюда, здесь ей будет дискомфортно. Интересно, есть ли в поле зрения какие-нибудь придерживающиеся строгих католических традиций papа́ и mamа́?

Народа в зале всё прибавляется, заняты уже ⅔ столиков. Половина – спустившиеся сверху постояльцы, половина зашли с улицы. Ага, вот и кофе мой.

— Вот, пожалуйста.

— Спасибо, Соле.

Ум… Хорошо! Кофе здесь, и правда, отличное (да, среднего рода, можете кривиться, а мне так больше нравится), в этом «Земля лишних» не врёт. Ну, хоть в чём-то, хе-хе. И виски не пожалели. Даже самую малость чересчур не пожалели, я бы сказал. Хотя, нормально.

Попивая кофе, рассматриваю публику. Одеты, в основном, просто и удобно. Забежали двое в офисных костюмах, вон они, через столик впереди меня сидят, но больше таких не видать. Хотя, нет, вот ещё одна зашла.

Оружие на поясе видел у двоих, ещё у троих характерные выпуклости на одежде в нужных местах. Наверное, есть и ещё у кого-то, просто лучше скрыто. В общем и целом, можно сделать вывод, что здешний люд особо на этот счёт не заморачивается. Впрочем, не нужно забывать, здесь может (и даже наверняка) быть существенная разница в разных частях города. Этот район, насколько я вчера успел заметить, достаточно приличный – рестораны, гостиницы, конторы и отделения банков. Может, на какой-нибудь пролетарской окраине люди вообще без пары пистолетов и дробовика из дома не выходят.

Соле принесла большую плоскую тарелку с уэ́вос ранче́рос, и побежала работать дальше. А ну-ка, что у нас тут?.. Собственно, то, что и должно быть. Жаренные яйца с овощами на паре кукурузных лепёшек, бобовое пюре, рис со специями и гуакомоле. На завтрак, да ещё с кофе – то, что доктор прописал. Сам не заметил, как в пять минут отчистил тарелку до блеска. Хорошо…

Хорошо, но не хватает какого-то завершающего штриха, чтоб уж точно наесться и дальше спокойно бежать по делам. Пожалуй, сладкое что-нибудь возьму. Утром можно жрать сладости без угрозы растолстеть, это вечером не стоит.

— Соле, а на десерт что есть?

— Как насчёт альфахорес? Очень вкусные, с миндальной пастой.

— Тащи парочку!

— Там как раз две штуки на порцию.

Альфахорес, и правда, оказались очень вкусными. Вообще, еда, so far, меня здесь очень радует. И качеством, и ценами. Впрочем, неизвестно, какие здесь зарплаты. Вполне возможно, что эти самые пирожные: слепленные миндальной начинкой две толстых печеньки, политые мёдом, обычный местный может себе позволить не чаще раза в месяц. Или вообще никогда. Не стоит торопиться с выводами, и путать туризм с иммиграцией. А я, пока что, здесь именно турист, хоть и вернуться нельзя.

— Соле?

— Да?

— Ты во сколько заканчиваешь сегодня?

— В 13:00 смена заканчивается.

— Как смотришь на то, чтобы немножко показать город приезжему из холодной России? И пообедать заодно? – стараюсь говорить так, чтобы слышала только она. Наверное, за флирт на рабочем месте хозяин заведения не похвалит.

Собственно, предложение трудно назвать внезапным, она же мне не зря ещё вчера сказала, что только с утра работает. Хотя, женщин никогда не поймёшь.

Соле стрельнула красивыми карими глазами по сторонам, убедилась, что никто не слышит, и ещё более тихо ответила:

— Давай. Ты местный телефон уже купил?

— Нет. Сейчас первым делом займусь.

— Хорошо.

Забрала пустую тарелку, и ушла. Хм, а что именно «хорошо»-то? Впрочем, недоумение моё длилось недолго – на обороте принесённого через две минуты счёта (уже без гиппопотамовой папки, видимо, та только по вечерам положена) написано восьмизначное число, а под ним – Sole. Ну, вот и чудесно. Что там в счёте, кстати? Нужно привыкать к местным ценам. Та-а-ак… Кофе полтора экю, «яичница» один, сладости полтора. Какие выводы можно сделать? А хрен его знает. Либо сырые продукты здесь копеечные, либо труд поваров. Либо некая комбинация того и другого.

Оставив на столе пятёрку, и подмигнув Соле, прохожу в вестибюль отеля. Тут странная немного система – из ресторана поднимаешься на второй этаж, и оттуда уже другая лестница ведёт вниз. Почему бы прямой проход не сделать? Впрочем, не моё дело. Есть причины, наверное.

За стойкой опять Пако, с увлечённым видом что-то печатает на планшете. Но мои шаги услышал, оторвался от волнующего занятия.

— Доброе утро, сеньор!

С некоторым внутренним усилием переключаюсь на английский. Не тот у меня уровень испанского, чтоб объясняться на сложные темы.

— Доброе утро, Пако. Слушай, у меня два вопроса к тебе.

Молодой латинос отложил в сторону планшет и сделал умное лицо. Ну, в меру возможностей.

— Во-первых, как тут с сотовой связью дела обстоят?

Тут Пако в теме, даже чересчур. Из пяти минут его непрерывного и быстрого монолога о компаниях и тарифах я запомнил только, что в Порто-Франко есть три основных мобильных оператора, никакой регистрации при покупке не надо, связь довольно дорогая, особенно при звонках на другие операторы, а роуминг вообще есть, но далеко не везде, и стоит совсем уж больших денег. Хм… странно. Наверное, опять какие-то политические сложности, с технической точки зрения, насколько я понимаю, особых проблем наладить нормальную сотовую связь по всему Северу нет. Хотя, возможно, чего-то я не догоняю. Ладно, главное, практическая информация получена, можно её использовать. Уточнив расположение ближайшего места, где можно купить сотовый и сим-карту, перехожу к вопросу номер два.

— А где можно пистолет купить, чтоб нормальный и не сильно дорого?

Видимо, я не первый постоялец, задавшийся этим вопросом, потому как и на этот раз у Пако готов развёрнутый ответ. Есть два магазина у Вокзальной площади, совсем неподалёку, с достаточно умеренными ценами, есть один на въезде в город со стороны Баз (хе-хе, не армянский ли, случаем, из книги?), там цены повыше, но и ассортимент побольше. Ну, это понятно, снимают сливки с потока переселенцев, движущихся своим транспортом. Но вот сейчас у них застой, надо полагать.

-…туда, на запад, пройти, там в центре ещё два магазина есть. Один на этой же улице, Стейшн-Стрит, другой на Майн-Стрит. Но они подороже будут, особенно последний. Очень дорого.

Последнюю фразу Пако произнёс с отчётливым вздохом. Понятно, молодому пацану хочется купить какую-нибудь дорогую пушку, перед друзьями и девчонками понтоваться. Ну, кому сейчас легко… Ладно, поощрим его немного материально, за полезную информацию. Оставляю на стойке банкноту в один экю.

— Спасибо, дружище.

— Большое спасибо, сеньор!

Ну, вот. Попал в сеньоры на старости лет, хе-хе. Хотя, вру. И до старости ещё далеко, и сеньором я уже бывал, хоть и недолго.

Выйдя на улицу на минуту останавливаюсь, осмотреться. Сегодня опять пасмурно, но дождя нет, к счастью. Широкая, с четырёхполосным движением и «карманами» для остановок асфальтированная улица заполнена машинами, как и мощёные плиткой тротуары – людьми. Тротуары, кстати, тоже широкие, с лавочками и постриженными в аккуратные шары деревьями. Очевидно, что при закладке улицы на месте здесь не экономили, но с тех пор прошло немало времени, и вот уже дома начинают тянуться вверх, а промежутки между ними сокращаться. Жизнь в городе кипит, заметно с первого взгляда.

Люди одеты просто, но и наткнуться взглядом на офисный костюм или подчёркнуто «тактический» облик тоже не проблема. Выражения лиц самые обычные, нет ни нарочитой суровости, ни не менее показных улыбок. Если кто-то и улыбается, то знакомым. Ладно, чего тут стоять… Пойду-ка я, пожалуй, в сторону вокзалов.

Буквально через пятьдесят метров справа по борту показалась витрина салона сотовой связи. Большая жёлто-чёрная вывеска, на «Билайн» похожа. Но не он, потому как написано «TC&M». Да, кажется, именно так один из трёх операторов, о которых рассказал Пако, и называется. Вот туда-то мне и надо. Телефон тоже куплю – оба своих я ещё в пятницу в Москве разобрал и выкинул, от греха подальше. Внутри всё вполне стандартно для такого рода заведений – ряды телефонов за стеклом и довольно молодые парень и девушка в форме одежды «чёрный низ, белый верх». Девушка реагирует на меня первой (что, в общем-то логично, так что тут ставим им плюсик):

— Доброе утро!

— Доброе утро. Мне бы телефон, и про тарифы рассказать.

— Конечно! Есть какие-то конкретные пожелания?

— Ну… Звонить чтоб можно было. И смски писать. И камера чтоб была, но не особо навороченная. В общем, ничего такого, обычный телефон.

Весьма светлокожая, но крашеная в радикально-чёрный цвет девушка (с бэйджем «Maria» на груди, между прочим) подвела меня к одному из стендов, и принялась сыпать какими-то там не очень понятными характеристиками и нафиг мне не нужными функциями. Телефоны, судя по ассортименту, здесь не производят, все самых обычных староземных марок. Ну, оно и не удивительно. Высокие технологии, однако. Преодолевая мягкие, но настойчивые попытки Марии сместить меня вправо, к телефонам подороже, я, напротив, сдвинулся влево. Ни к чему выбрасывать деньги на ветер. Если уж я решу купить что-то для понта, это будет точно не мобильник. Кстати, о понте – надо будет часы купить.

— Скажите, а время они как показывают? Они же с той стороны все?

— Да, но на все телефоны установлено обновление, переводящее даты и время в формат Новой Земли. Оно разработано производителем «родного» программного обеспечения, так что всё работает отлично.

Да уж, с таким распространением информации Ордену самое время на IPO выходить. Не думаю, что это шило продержится в мешке незамеченным ещё долго. Если уж Android стали выпускать с прошивкой для здешних мест.

Замечаю, что почти все модели идут на две, а некоторые и на три сим-карты. Мария подтверждает – все, кто путешествует за пределы города, берут такие, потому что роуминга либо нет, либо он стоит диких денег. Хм… не знаю пока, буду ли я много путешествовать, и вообще, где буду жить.

В итоге, останавливаюсь на Samsung Duos какой-то старой модели. Стоит 99 экю, что превышает его цену на Старой Земле раза в три, как минимум. Ладно, переживу. Звонить и писать можно, камера есть, двух симок мне хватит пока. Кстати, о симках…

 

— И сим-карту бы мне ещё.

Ну, дальнейший диалог все, кто когда-то покупал симку не у киргизов на вокзале (я, кстати, именно так обычно и делал), а в салоне, могут себе представить. Там столько-то минут и столько-то смс, а здесь вот столько, и ещё звонки на номера других операторов стоят столько-то, а вот… Короче, через пять минут чувствуешь, что запутался и ни хрена не понимаешь, признаваться в этом не хочется, от того звереешь и хватаешь первое попавшееся. Ну, может, у кого-то иначе всё это происходит, но у меня вот так. Не люблю, когда слишком большой выбор почти одинаковых вещей, теряюсь. Вот при социализме хорошо – увидел что-то в магазине, уже счастье. Отстоял очередь, схватил, побежал довольный домой. Шутка, хе-хе. Не хочу я в социализм.

— Хорошо, вот этот вот давайте. Предпоследний.

— Тариф «Базовый Плюс»?

— Да.

Я, вообще-то, не большой любитель общаться по телефону, так что уж как-нибудь не разорюсь, наверное. Хотя, 10 центов за звонки внутри сети и 35 на других операторов это, конечно, дороговато. Мягко говоря.

Парень, худощавый азиат с бэйджем «Lee», быстро извлёк телефон из коробки, вставил симку, активировал её и продемонстрировал мне работоспособность аппарата.

— Нет, коробку не надо, спасибо. Зарядку только давайте.

— Конечно. Вам подключить мобильный Интернет?

Не понял.

— А у вас тут Интернет есть?!

— Да, конечно. Только довольно медленный и дорогой, если с тем сравнивать.

Офигеть. Широко прогресс шагает, ничего не скажешь. Блин, и в гостинице никаких указаний на это не было, и в буклетах ничего. Уроды.

Прошу парня рассказать подробнее. Его, а не девушку, потому как он же кореец (ну, или ещё хуже, азиат, короче), а они, вроде как, должны в таких вещах шарить. Можете накатать на меня донос в Департамент этических стандартов, хе-хе, за racial profiling.

Как выяснилось, «Интернет» — это сильно сказано. Ибо первые две «w» отсутствуют – сеть ни фига не всемирная, а везде своя. Ведутся переговоры о присоединении сети Порто-Франко к сети Европейского Союза, и даже, вроде бы, успешные, но пока что вот так. Мешают, опять-таки, амбиции и политика, с технической точки зрения особых проблем нет. Мдя, похоже, с сотрудничеством у вновь образованных государств тут как-то не очень пока складывается. Наверное, накушались люди принудительной глобализации на той стороне, хочется им теперь хоть на время разбежаться по своим отдельным квартиркам, а лучше домам.

Подключать себе мобильный Интернет я не стал, потому как он правда «несколько дороже», чем в Москве. Тридцать центов за мегабайт, в гробу я видал такие цены.

Так, теперь надо Соле сообщение отправить.

«Привет! Это Виталий. Где встречаемся?»

Ну, не серенада, конечно, но пойдёт, думаю. Телефон звякнул через пару минут.

«Давай встретимся у входа в городской парк? В 13:30?»

«Давай! Буду ждать»

Как-то так, да. Надо, кстати, посмотреть, где тут этот городской парк. Достаю карту. Та-а-ак… Ага, в центре, юго-западнее Овальной площади. А я, в данный момент, иду на восток, и от него удаляюсь. Ну да времени ещё полно, так что не страшно.

Откуда достал карту? А я с собой обычно сумку от планшета таскаю. Сам планшет в ней есть не всегда (сейчас вот нету), но очень удобная штука. Не люблю в руках что-то носить, или карманы набивать, а так – через плечо надел, и складывай туда всякую мелочь.

Вот и Вокзальная площадь. Сегодня как-то поживее выглядит. Народ, пользуясь отсутствием дождя, повылезал наружу. В сквере в центре площади кучка молодняка изображает что-то на скейтбордах, чуть в стороне вон мамаши с детьми прогуливаются, в открытых кафе по периметру площади тоже довольно людно. Трафика почти нет, но это и понятно – улица здесь заканчивается, дальше ехать некуда, порт закрыт до конца сезона дождей, а поезд три раза в день ходит. И где у них тут оружейные магазины… ага, вижу один. Вернее, не сам магазин, а указатель – чёрные мачете и калаш, перекрещенные на жёлтом фоне. На флаг какой-нибудь африканской страны похоже. Стрелка указывает на кирпичную арку между двумя трёхэтажными зданиями, смыкающимися на уровне второго этажа, по бокам от арки открытые кафе. Пройдя между домами по оказавшемуся неожиданно длинным и извилистым проходу (хорошо ещё, несколько лампочек внутри есть, а то можно было бы и лоб об стену расшибить), выхожу на довольно обширную бетонированную площадку, по бокам огороженную довольно высокими бетонными же заборами. За левым забором возвышаются портовые краны, за правым непонятная двухэтажка, обшитая сайдингом, а прямо передо мной небольшой кирпичный домик с весьма художественно выполненной чёрно-жёлтой вывеской «GunsnKnives». Везёт мне сегодня на пчелиные цвета, хе-хе. Погодите-ка секунду… «Пушки и Ножи»… чёрно-жёлтая вывеска… Точно! Это же магазин Андрея Ярцева из книги! Если я ничего не путаю. Прикольно, сейчас зайду, а там Мария Пилар, или Раулито, или этот… как его… который подводный диверсант с ТОФа.

Действительность оказалась несколько прозаичнее. За прилавком, в окружении тех самых «guns» и «knives» (с большим перевесом в сторону первых) сидит обычный белый мужик лет сорока с копейками, лысый и мордатый, с рыжими бровями, внимательно рассматривая при свете настольной лампы какой-то разобранный …ээ… автомат, видимо. Впрочем, при моём появлении он эту штуку отложил, и вежливо улыбнулся.

— Доброе утро!

— Доброе утро!

Ага. Такой сочный и концентрированный акцент американского Юга даже я узнаю, хоть и не бывал там никогда. Фильмы-то смотрю.

— Чем могу помочь?

— Да я, собственно, только приехал, с той стороны. Ну и хотел бы пистолет купить, для начала.

Мужик понимающе кивнул, выражая одобрение столь отчаянному плану.

— Что-то конкретное ищите? Вы, вообще, как с оружием?

— С оружием я, в принципе, нормально. Не суперпрофи, но умею применять. Но пользовался только русскими военными образцами.

На лице собеседника проступил некоторый интерес.

— Воевал? Я Том, кстати. Из Белакси, Миссисипи. Два тура в Ираке.

— Виталий. Из Москвы. Да, пришлось немного.

Том некоторую уклончивость ответа воспринял нормально.

— А чего пистолет только? Возьми дробовик ещё, дома и машине удобно держать. Да и с автоматами особых проблем тут нет, даже для негорожан – приехал на стрельбище, распаковал, пострелял, запаковал обратно, тебе сумку запечатали, и всё.

Ишь, шустрый какой. Нет, понятно, человеку торговать надо, но я пока вооружаться до зубов не планирую.

— Да успею ещё. Осмотрюсь пока, что и как тут. Я же второй день как приехал. Пока пистолет возьму, а то совсем без оружия чувствую себя неуютно как-то.

Ну, на самом деле, это не совсем так, говорил уже. Но я предположил, что у выходца с «Глубокого Юга» с армейским прошлым, работающего в оружейном магазине (или владеющего им?), такая постановка вопроса вызовет полное понимание. И не ошибся, кстати. Том энергично закивал.

— Это точно! Без оружия нормальный мужик чувствует себя голым! Эти педики из Ордена не могут понять, что здесь им не там. Запретили оружие на Базах продавать, дебилы. Нет, мне-то грех жаловаться, оборот втрое подскочил, но какие же дебилы, а?!

— Да не и не говори. Я сам офигел, когда мне сказали на Базе: «Мы строим гармоничное общество без насилия и дискриминации, оружие запрещено». Были бы ворота двусторонние, прямо там бы вылез обратно. Сюда приехал, хоть успокоился немного, люди со стволами ходят.

Том вылез из-за прилавка, продемонстрировав обтянутый клетчатой рубашкой пивной животик, и жестом предложил пройти к правой стене, половину которой занимали три больших деревянных стенда с пистолетами и револьверами.

— Вся эта хрень у них началась ровно год назад, когда демократы продули выборы. Видимо, президент Трамп много этих уродов повыкидывал с тёплых местечек, потому что у нас с тех пор их стало немеряно, а Орден вообще словно с ума сошёл. Они даже на нас пробовали наезжать, чтобы мы ужесточили оружейные законы, и запретили ношение, но мэр и Городской Совет послали их нахрен. А если бы не послали, то у нас были бы новый мэр и Совет.

— Мне там на Базе рассказали слух, что Орден хочет раскрыться в Старом Мире и выйти на IPO. Поэтому, типа, весь этот маразм и происходит.

Том задумчиво поджал губы.

— Ну, хрен его знает. Может, и так. Я на всех этих уродов насмотрелся ещё в Штатах. Не думаю, что они ограничатся созданием транспортной компании «Врата инкорпорейтед». Скорее, попробуют устроить тут то, что у них не получается пока устроить там. Лишить нас всего и превратить в стадо невротиков, которые будут на них вкалывать. Вот только хрена с два у них это получится!

С этим жизнеутверждающим заявлением он, наконец, перешёл к делу.

— Тебе как, попроще и подешевле, или покачественнее и подороже?

Отличный вопрос, хе-хе. Чувствуется американец.

— Мне покачественнее, но я готов платит именно за качество, а не за щёчки рукоятки из чёрного дерева и слоновой кости, и всё тому подобное.

— Ок, понял тебя. Разумный подход. Но у меня такой хрени и нет, это в центре такое продают. У них там африканский штуцер есть, калибр .505 Gibbs, двуствольный, так он 100 000 экю стоит. СТО ТЫСЯЧ ЭКЮ!!!

— Мля, офигеть. Он из чего там, из золота, что ли?

— Ну, известный мастер, из Англии. Старой Англии, в смысле. Материалы дорогие, качество и точность… Нет, вещь отличная, спору нет, на охоту самое то с такой, хоть на рогача, хоть на кого. Но СТО ТЫСЯЧ!

— Да уж… Люди совсем с ума посходили. И чё, покупает кто-то такое?

— Ага. В том году тоже штуцер за сто тысяч продали. У нас так-то город богатый. По количеству денег даже Нью-Рино не уступает, я думаю. Ладно, а что хочешь, пистолет или револьвер?

Блин. А вот хрен его знает. Вообще, логически рассуждая, пистолет брать разумнее, но вот душа, почему-то, хочет револьвер. Хотя я из них даже не стрелял никогда. Объясняю эту дилемму Тому. Тот ненадолго задумывается, решительно трясёт головой и заявляет:

— Ничего страшного. У меня тут тир есть, пятьдесят метров, сам прикинешь, что в руке лучше лежит. Вот, посмотри сюда. Фирма «Kimber». Отличное американское оружие, очень качественное! Таким LAPD SWAT вооружён, спецназ морской пехоты и ещё много кто. Цена повыше, чем у обычных стволов, но не запредельно, и они реально этого стоят.

Разглядывая стойку с солидно поблёскивающими металлом пистолетами и револьверами, чувствую, как во мне поднимаются всякие нездоровые желания, типа накупить целый баул всякого стреляющего добра. Нет, желание-то здоровое, на самом деле, вполне нормальное для мужика, ненормально его отсутствие. Но несвоевременно это, пожалуй.

Рука сама тянется к 1911 с резьбой на рукояти под змеиную чешую. Красиво, однако. Тяжёлый, но до чего удобно в ладони лежит…

Том, явно заметивший моё восторженное состояние, не замедлил подлить масла в огонь.

— Классика! Как по мне, лучший пистолет на свете. 45-й калибр! Рукоять – зебрано. В руке сидит, как влитой, а?

Киваю. Если он не стоит каких-то совсем уж несуразных денег, возьму. Не могу с ним расстаться, выше это моих сил.

— Сколько?

Том молча показывает на ценник. И правда, что-то я не заметил.

«Kimber 1911 Raptor II, 1 400 $». Блин, почти полторы штуки – многовато, конечно. Хотя, я же понятия не имею, сколько он на той стороне в баксах стоит.

— Дорого…

— Слушай, ну оружие сейчас всё дорогое. Серьёзно, Орден уже год как расценки на перевоз оружия задрал, всё подорожало. Ну, тебе за 1 300 отдам. Входят поясная кобура, и два магазина.

— Мм…

Выходец из славного штата Миссисипи продолжает ковать железо, не отходя от кассы.

— Давай тир пройдём, там попробуешь его в деле?

— Давай.

Том подошёл к одной из двух дверей в задней части магазина, приоткрыл её и крикнул в образовавшуюся щель:

— Тимоти! Тим! Стань за прилавок, я в тир!

Через полминуты, вытирая на ходу руки какой-то замасленной ветошью, из двери показался парень лет двадцати пяти, рыжестью и чертами лица однозначно походивший на Тома (Том и Тим, ха), только без лысины, объёмистых щёк и пивного животика. Но плотный такой, крепкий. Думаю, к сорока щёки и живот нарастут. Кивнув мне, тёзка героя Оклахомы начал обходить зал по периметру, что-то поправляя и протираю то тут, то там. Том, тем временем, открыл вторую дверь.

— Ну, пойдём?

— Пойдём.

За дверью оказался длинный, но довольно узкий двор, засыпанный гравием. Во дворе стоит аж три пикапа, все Ram. Ну, оно и неудивительно, хе-хе. Удивительно было бы здесь МиниКуперы найти.

Двор узкий потому, что всю левую его сторону занимает крытый тир. Куда мы, собственно, и заходим, через ещё одну открытую Томом дверь. На ключ, как я заметил, не запирает. Нечего воровать, или здесь не опасаются?

Ну, воровать тут и правда нечего. Деревянная стойка, разделённая на три места, пыльный бетонный пол, кирпичные стены и мишени у дальней стены. В роли пулеуловителей …мм… не пойму… брёвна, кажется. А нет, секунду, не всё так просто – судя по металлическим желобкам в полу, мишени можно передвигать туда-сюда. Да, точно, вон и тумблер для этого. Даже разметка есть.

Том достал из шкафчика в углу две пары наушников, наскоро обмахнул их взятой оттуда же тряпкой и протянул одну мне. Надеюсь, на голове у меня ничего не заведётся после этого.

— На сколько?

— Двадцать пять.

Первое упражнение учебных стрельб из пистолета, хе-хе. Том переключил один из тумблеров, и мишень в центре с лёгким гудением подъехала поближе, остановившись на середине тира.

Хозяин магазина положил на стойку пистолет и магазин, после чего достал из кармана шесть патронов. Либо восемь ему жалко, либо он тоже в курсе, как 1УУС выполняется.

Патроны как-т посолиднее будут, чем ПМ-вские. И калибром, и вообще, внешним видом. Этакие увесистые бочонки, приятно в руках держать. Переворачиваю, смотрю на донце. По кругу идёт надпись «FA 45 AUTO». «FA» это производитель, как я понимаю? Ладно, потом рассмотрю.

БАНГ! БАНГ! БАНГ!

А глушит прилично в помещении, даже в наушниках. Отдача побольше, чем у ПМ, но особого дискомфорта не доставляет. Нет, точно, мне этот пистолет нравится! Жестом прошу Тома подогнать мишень.

Ага, что у нас тут… 8-7-7, почти правильный треугольник, чуть смещённый вверх относительно центра мишени. Какие там нормативы-то, забыл уже… 25-21-18, кажется. Ну, будем считать, на «хорошо» я справился. С учётом того, что из такого пистолета и таким калибром первый раз в жизни стреляю – пойдёт, я думаю.

Мишень вновь уезжает на своё место.

БАНГ! БАНГ! БАНГ!

На этот раз даже лучше получилось: 9-8-7. До «отлично» не дотянул, ну да нет предела совершенству, буду тренироваться.

Том, с добродушной усмешкой изучающий моё выражение лица, сделал правильный вывод.

— Ну, как? Говорил же, понравится!

— Ага. Беру. Насчёт патронов только вопрос. Они ж все привозные, с той стороны? Стоят, наверное, как золотые?

— Ну, нет, ты плохо о нас думаешь. Давненько уже почти все патроны, кроме совсем уж замороченных, производятся здесь. Иначе, с нынешней политикой Ордена, каждый выстрел был бы как будто бумажником бросаешься.

Ага. Ну, собственно, этого и следовало ожидать. Если людям не мешать заниматься делом, такие «узкие моменты» та самая, многократно осмеянная «невидимая рука рынка» расшивает очень быстро.

Том, тем временем, продолжает.

— Советую взять пару упаковок «GOLD DOT», экспансивные, 200 гран. Для самообороны самое то. Двадцать центов за штуку. Дороговато для местного производства, но это точная копия «GD» из Старого Света. Собственно, ребята, которые их производят, оттуда и ушли. Сейчас у них в Форт-Линкольне завод. Качество отличное. Ну, а для тренировок лучше те же, которым сейчас стрелял. У нас же и делают, в Порто-Франко. «First Arsenal» называется контора. Десять центов за штуку, качество вполне приемлемое. Есть цельнометаллические, есть экспансивные.

Да уж, мёртвого уговорит. Вернувшись в зал и отпустив молодое поколение доделывать, что уж оно там делало, оформляем покупку. Чисто из интереса решил расплатиться картой – на этот раз пришлось не только проводить ей по сканеру, но и вводить пин-код. А вот у армян на базе не надо было. Видимо, они вызывают у Банка Ордена большее доверие.

Никакой регистрации не понадобилось, что меня весьма порадовало. Не потому, что я с ним собираюсь инкассаторов грабить, я не собираюсь, а просто как подтверждение того, что затопившее Орден безумие пока не распространилось дальше. Надеюсь, и не распространится.

Пока я цеплял кобуру на пояс (не без мягкой подсказки со стороны Тома, в смысле правильного её расположения для наибольшего удобства), экс-миссурианин (миссуриец? миссурианец?) приболтал меня купить ещё три магазина и держатель для них. Или как там эта штука правильно называется? Для подсумка как-то маловата. В общем, его я закрепил с левой стороны, заодно и пояс вправо перетягивать особо не будет. Пожалуй, нельзя сказать, что меня развели – с учётом того, что патронов в магазин входит всего восемь, небольшой запас будет полезен.

Я уже собирался попрощаться и уходить, когда взгляд упал на маленький, невероятно тонкий пистолет на соседнем с «Kimber» стенде. Том, чувствующий интерес покупателя, как акула кровь, мгновенно среагировал.

— Двуствольный дерринджер от «DoubleTap Defense». Отличная вещь, из всех карманных пистолетов лучше просто нет. Есть с титановой рамкой, есть с алюминиевой. Есть съёмные блоки стволов, на 45-й и на парабеллумовские 9 мм. Смотри, тонкий какой – где угодно можно носить. Хоть в кармане, хоть на руке, хоть ноге, вообще где угодно!

Эхе-хе-х… Чувствую, сейчас я стану ещё немного беднее. Или даже не немного – ценник от 450 экю до 670 (видимо, это титановый). Беру в руки, изучаю. Блок стволов откидывается, патроны вставляются здесь… ага, а вот место в рукояти для ещё двух патронов, укреплённых на маленьком скорозаряднике (или как там по-русски speed loader называется, хрен его знает). Пистолет узкий и лёгкий, рамка при стрельбе должна весьма чувствительно врезаться в руку. С другой стороны, это же не для «пострелять по банкам» пистолет, а «последний шанс».

— Видишь, сначала первый ствол стреляет, нажимаешь ещё раз – второй. В комплекте также кобура для скрытого ношения, с двумя регулируемыми лентами. Вот, смотри – эта поменьше, на руку или на ногу. А эта подлиннее, модно на спине, например, закрепить. И ещё держатель для шести патронов, на защёлке.

— А сменный блок стволов?

— Не, это отдельно. Но недорого, 150 экю всего.

Хе-хе. Дорого или нет, вопрос дискуссионный, конечно. Питаться на эти деньги тут месяц можно, если экономно. Том, тем временем, продолжает.

-…с усиленным зарядом, или утяжелённой пулей. Ну, это я про 45-й, 9 мм без разницы, любой можно использовать.

А вот это, кстати, интересное замечание.

— Слушай, а у вас тут бронежилеты вообще нехорошие ребята часто носят?

Том на секунду задумался, затем осторожно ответил.

— Да нет. У нас, в основном, хорошие ребята их носят. Полиция, патрульные, минитмены и так далее. А что?

— Да так, размышляю… А 9 мм какие у вас есть?

— Разные! В основном русские, на заводе в Демидовске делают. Качество вполне нормальное, но очень дёшево, по местным меркам. Есть всё, от экспансивных до бронебойных.

Ага. Оно-то мне и надо.

На донцах патронов, принесённых Томом, стоит то самое клеймо из книги: шестерёнка, пересечённая мечом, и надпись «Демидовск-патрон». Ну, что сказать – молодцы наши, один из самых важных рынков под себя подмяли.

— Пойдём в тир, попробую? Девятимиллиметровыми.

— Пойдём. Тим! Иди сюда!

На этот раз мишень установили на десять метров. Собственно, в основном такое оружие вообще в упор используется, как мне кажется.

БАНГ! БАНГ!

Отдача несколько неприятная, узкая рукоятка врезается в ладонь, но ничего страшного, вполне терпимо. А вот 45-й калибр мне что-то даже пробовать не очень хочется. Да и смысла нет, всё равно 9 мм решил брать.

Смотрим. Пятёрка слева-внизу и семёрка справа. Ну, сойдёт, в общем. Как уже сказал, из этого пистолета в упор надо стрелять. Задумка у меня следующая – в первый ствол заряжать бронебойный, во второй – экспансивный. Даже если человек без броника, и первый прошьёт его насквозь, внимание это отвлечёт, скажем так. Как минимум, ха-ха. И можно добить его экспансивным, или выстрелить экспансивным во второго. И быстро сваливать, пока кто-то из них не очухался. А вот если их будет больше, тогда хрен его знает. Не то, чтоб я ожидал каких-то конкретных неприятностей, но у неприятностей вообще есть такое свойство – приходить нежданными и незваными. Купить, что ли, ещё один пистолет? Что-то промежуточное между 1911 и дерринджером, чтоб подмышку повесить, или на щиколотку? Или это у меня уже паранойя начинается?

Нет, нафиг. Будет надо, куплю, а пока что обойдусь этими двумя. И так, если в доллары пересчитывать, пять штук потратил, даже больше немного. Это за два пистолета-то, с ума сойти. Ладно, будем считать, побаловал себя немного. Тоже нужное дело – если лишать себя всех радостей жизни, зачем такая жизнь?

— Слушай, а что-то покупателей у тебя не густо. Вроде место бойкое.

Том пожал плечами.

— Ну, сейчас вообще не сезон. Вот как дорога до Баз просохнет, там только успевай поворачиваться. Прошлым летом аж двух продавцов на сухой сезон пришлось нанимать, мы с Тимом не справлялись. Зимой-то через ворота немного людей перебрасывают. Да и утро ещё только. У меня тут три всплеска активности в день, когда поезда приходят.

— Понятно…

С полминуты размышляю, не спросить ли его об истории магазина. Не зря же он в «Земле лишних» фигурирует, причём с такой точностью. Или не стоит? Его заколебали, наверное, уже такими вопросами… Не, не могу удержаться, слишком интересно.

— Том, а ты давно магазином этим рулишь?

Он хитро улыбнулся.

— Что, тоже книжку эту вашу русскую читал, ха-ха? Да, у меня многие из ваших спрашивают.

Киваю и развожу руками – мол, сам понимаю, что не самый умный вопрос на свете, но вот любопытно мне.

— Магазин уже третий год мой. Здешний год, в смысле. Предыдущий хозяин был латинос, из Майями. Сеньор Рауль Куа́ра Аме́скуа, ага. Перебрался в Антофагасту, вроде бы, не знаю уж, зачем. Но никаких роковых красоток не было, и белобрысых здоровяков тоже. А все русские вечно спрашивают, ха-ха. А вот Анри Ярцев в документах есть, про него тоже спрашивают. Был совладельцем, но давно, лет восемь назад, продал Раулю свою долю. Но я ж тогда не знал, что он у вас знаменитость, поэтому и не спрашивал ничего. А сейчас и не у кого.

Машу рукой.

— Да и хрен с ним. Я так, из любопытства спросил.

Колокольчик на двери звякнул, сигнализируя о появлении нового покупателя – ничем особо не примечательного белого мужика в ветровке и джинсах. Пожалуй, на этом пора здесь закругляться. И так уже куда больше денег оставил, чем собирался. Да и ни к чему людей от работы отвлекать.

Попрощавшись с Томом, выхожу на улицу. Дождя по-прежнему нет, что радует. Что у нас там со временем… Без пяти одиннадцать. Пожалуй, имеет смысл выдвигаться в сторону центра. Идти до него, судя по карте, минут сорок, не больше, а там имеет смысл зайти в представительство Социалистической (блин, аж зубы сводит) Республики Новороссия. Разузнать из первых уст, так сказать, что и как. Может, не всё там так ужасно, как я себе представляю.

 

III

 

Новая Земля, Вольный город Порто-Франко,

Мэйн-Стрит, Представительство СРН

 

Вот по части географии и топографии книга особо не врёт, надо отдать должное. Представительство и правда занимает здоровенный, около гектара кусок земли прямо на главной улице, в пятнадцати минутах ходьбы к югу от Овальной площади. Район вокруг в основном жилой, тихий (если отойти немного в сторону), симпатично, в общем. Полагаю, у отцов города на этот участок давненько руки чешутся. Территория обрамлена живой изгородью, весьма колючей на вид – иголки с мой указательный палец, а пальцы у меня длинные. Справа от закрытых ворот маленькая кирпичная проходная, на ней начищенная до блеска бронзовая табличка: «СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ РЕСПУБЛИКА НОВОРОССИЯ, Представительство в Вольном Городе Порто-Франко». А под ней такая же, но на английском. На обоих тот самый герб, «Воля и Труд» который. А я-то думал, откуда он взялся. Или наоборот, этот оттуда? Не, так по времени не получается. Ладно, не важно.

Над солидной металлической дверью торчит из стены камера на кронштейне. Тяну на себя дверь – закрыто. У нас, как всегда, бдительность на высоте, ага. Так, домофон слева. Нажимаю кнопку.

— Здравствуйте!

— Здравствуйте!

Молчу. Что-то разозлили они меня таким приёмом, потроллю немного. Невидимый собеседник на той стороне секунд тридцать поиграл в молчанку, но потом сдался. Оно, в общем-то, было предсказуемо – он же при исполнении, а тут неизвестный тип гражданской наружности на подступах к охраняемому объекту. Вооружённый, между прочим.

— Могу Вам чем-то помочь?

В голосе мужика отчётливо слышится нотка раздражения.

— Надеюсь. Я вот только переселился, хотел узнать, что и как.

— Да, конечно, проходите.

В двери что-то щёлкнуло, и на этот раз она поддалась моим усилиям. Не скажу, что с лёгкостью – чертовски тяжёлая, однако. Наверное, 12,7 мм держит.

За дверью оказался короткий коридор с рамкой металлоискателя посередине и высоким, до потолка турникетом-вертушкой за ним, а справа – большое окно с лотком внизу. За стеклом сидит коротко стриженый мужик в незнакомом мне камуфляже, раскрашенном под что-то травянистое, с заткнутым под левый погон тёмно-зелёным беретом. На погонах две звёздочки вертикально. Прапорщик, что ли? У них же тут звания аналогичные староземным, как я понял. Оружия не видно, зато виден угол стоящего на столе сбоку от него монитора. Смотрит на меня сурово и с пониженным дружелюбием. Понял, видимо, что я его троллил.

— Доброе утро.

— Доброе. Ваш ID, пожалуйста.

Кладу в лоток, прапор берёт оттуда и проводит по сканеру, после чего с бдительным видом примерно минуту таращится в невидимы мне монитор. Ну-ну.

— Посмотрите в сканер, пожалуйста. Правым глазом.

А где… всё, вижу. Блин, могли бы и поудобнее как-то расположить, а то приходится принимать позу, как будто ты в замочную скважину подглядываешь.

— Спасибо. У Вас есть с собой огнестрельное или холодное оружие?

— Да, два пистолета.

— С оружием нельзя. Оставьте здесь, пожалуйста, получите обратно на выходе.

Да вижу, что нельзя, вон, табличка висит. Кладу в лоток сумку (там патроны и дерринджер) и вынутый из кобуры 1911. Прапор намётанным взглядом замечает непорядок.

— Запасные магазины тоже.

Ладно, тоже так тоже. Обезоружив меня полностью и совсем, страж калитки выдаёт пластиковый номерок.

— Это на оружие. Заходите через центральный вход, там приёмная.

— Ага, спасибо.

Металлоискатель на меня никак не среагировал. Вообще, я пару кусочков металла в себе таскаю, память о прошлом, так сказать, но они маленькие, так что при проверке не звеню. На табло у турникета загорелась зелёная стрелка, толкаю вертушку и прохожу. Блин, крайний раз в гостинице в Йоханнесбурге такие турникеты видел, через которые без разрешения при всём желании не пройдёшь. Там ещё электрозаборы были, и охранник с автоматом.

Выйдя с проходной, непроизвольно кошусь налево – подъезд к воротам перекрыт здоровенным таким рельсом, отъезжающей, при необходимости, вбок. Серьёзно. Не, ну, разумно, в общем-то. С Ичкерией воюют, те вполне могут чего-нибудь этакое замутить, с шахид-мобилем. С другой стороны – какой прок от укреплённых по самое небалу́йся ворот, если вокруг живая изгородь? Присматриваюсь повнимательнее. Изгородь не сама по себе стоит, а опирается на здоровенные, в детскую руку толщиной металлические прутья. И у земли ещё что-то там такое острое выглядывает… Понятно, в общем, тупо проломиться сквозь кусты на грузовике не получится. Ладно, пойду я, а то прапор сейчас перевозбудится. Он же наверняка меня по камерам наблюдает, а тут явно изучение подступов к объекту, внаглую причём.

Само представительство выглядит достаточно симпатично. Двухэтажное здание из красно-коричневого (хе-хе) кирпича, вызывающее, почему-то, ассоциации с Англией. Ну, я только в Лондоне был, проездом, и таких там не видел, но вот почему-то вызывает. Таблички «Гостиница» справа нет, кстати. Или она слева должна быть? Не помню. Неважно, всё равно нет, ни там, ни там. Слева на газоне торчит флагшток, с флагом СРН. Флаг новороссийский, как на Донбассе. В варианте с гербом в центре. Ну, где двуглавый орёл с молотом и якорем. Интересно, интересно… Кстати, их с конфедератами не путают?

Тяжёлые, красивые деревянные двери ведут в вестибюль, где за стойкой сидит добродушная и приветливая на вид женщина лет пятидесяти, слегка полноватая, и, судя по всему, играет на компьютере во что-то не требующее особого напряжения.

— Доброе утро!

— Здраствуйте! Вы новенький?

— Ну, уже не очень, хе-хе. Тридцать пять лет, всё-таки. Поюзаный.

Заулыбалась.

— В этом плане да. А через ворота недавно перешли?

— Ага. Как догадались?

— По одежде. На Вас же всё с той стороны, а у здесь практически вся одежда местная, кроме каких-то эксклюзивных вещей.

Критически оглядываю свой гардероб. Лёгкая короткая ветровка, футболка, джинсы, кроссовки. Вроде, ничем от одежды ¾ прохожих в городе не отличается, ну да старожилам виднее, особенно женского пола.

— Да, согласен, на эксклюзив не тянет.

— Вы узнать насчёт переселения в Новороссию?

— Ну… вообще узнать, что здесь и как. Вернее, не здесь, а там.

На лице у женщины промелькнула лёгкая осуждающая гримаска, мол, как же так, не рвётся поднимать народное хозяйство, но тут же исчезла.

— Проходите направо по коридору, кабинет номер девять. Там Сергей Валентинович Вам всё расскажет.

— Спасибо!

Идя по пустынному коридору, облицованному полированными деревянными плашками, размышляю о несправедливых закономерностях жизни. А конкретнее, о том, что на таких уютных местах всегда оказываются какие-нибудь Валентиновичи, Артуровичи, или ещё хуже.

Так, вот и тот самый девятый кабинет. Большая табличка: «СЕРГЕЙ ВАЛЕНТИНОВИЧ ИВАНОВ», под ней поменьше: «Старший специалист Отдела по работе с переселенцами». Приёмные часы с 10:00 до 13:00 и с 14:00 да 17:00. Иванов, значит… Ну, может я и не прав насчёт «Артуровичей». В данном конкретном случае не прав, в целом-то прав, однозначно. Ладно, посмотрим, что тут у них за Иванов хиджру организует.

Постучав в дверь и дождавшись приглашающего отклика, захожу в кабинет. Внутри обычная офисная обстановка, из которой несколько выбивается разве что большой полукруглый диван. Ну, это понятно, переселенцы-то с семьями обычно приходят, я думаю.

Из-за умеренно захламленного стола встаёт широкий такой белобрысый мужик, с большой круглой головой и средних размеров пузом. Шире меня в плечах раза в полтора, притом, что на голову ниже. На большую и круглую, ага.

— Здравствуйте! Сергей.

— Здравствуйте! Виталий.

— Присаживайтесь, пожалуйста.

Садимся. Успеваю заметить кобуру на поясе товарища Иванова, с торчащей оттуда рукояткой пистолета. Это правильно, это я одобряю. А то мало ли, кто тут на собеседование придёт. Впрочем, такой и руками заломает, хоть жирком и оброс. Я бы с ним бороться не стал, во всяком случае.

— Как добрались, без происшествий? С размещением определились?

— Да, сел на поезд и приехал, никаких сложностей. В гостинице пока остановился, а там посмотрим.

— Если вдруг какие-то трудности с размещением, питанием или медициной – обращайтесь, не стесняйтесь. Чем сможем, всегда соотечественникам поможем.

— Спасибо, буду иметь в виду. Но пока трудностей нет. С финансами, во всяком случае. Думаю вот, чем дальше заниматься, не сидеть же без дела. И где заниматься.

— А там чем занимались? Если не секрет, конечно.

— Да нет, не секрет. Мелкий предприниматель. В общем, чем-то таким и здесь думаю на хлеб зарабатывать.

Вроде как дал понять, что не голодранец, а ценный кадр с достаточно объёмистым кошельком. На такого стоит потратить время и силы, дабы убедить вместе с этим самым кошельком перебраться в Республику. Ибо, даже если она и социалистическая, деньги ей, скорее всего, нужны. Я бы даже сказал, раз она социалистическая – деньги однозначно нужны. При социализме с ними туго, обычно.

— Какие планы?

— Да пока никаких конкретных. Ничего не знаю об этом мире, кроме «Земли лишних», какие тут могут быть планы? Информацию сначала надо собрать. Вот, собственно, за этим к Вам и пришёл.

Сергей задумчиво провёл короткой толстой ладонью по белобрысой шевелюре.

— О Новороссии уже слышали что-то?

— Да так, мельком. Слышал, социализм у вас там строят.

Хотя я и пытался сохранить нейтральный тон, видимо, что-то в голосе проскользнуло, потому как здоровяк чуть всхрапнул с каким-то упрямым выражением на лице.

— А Вы, я так понимаю, скептически к социализму относитесь?

— Ну, пожалуй, да. Как-то на той стороне результаты не очень вышли, на мой взгляд.

Вообще-то, это я очень мягко высказал своё мнение по данному вопросу, ну да зачем зря обострять?

Сергей слегка подался вперёд, для пущей убедительности, видимо.

— У нас учтены ошибки, погубившие СССР. Государство не стремится контролировать всё и вся – сфера торговли и бытового обслуживания, сельское хозяйство, например, целиком частные или кооперативные. Вы вот чем именно занимались?

— Да вот как раз в этой сфере и работал, да. Торговли и бытового обслуживания.

Ну а что? Не вру, так и есть. Алмазами в Африке торговал? Торговал. Залы игровых автоматов в Подмосковье открывал? Открывал. Даже пайщиком в одном доме отдыха под Лазаревским когда-то был, пока его местные армянские прокуроры не отжали. Чем не торговля и бытовое обслуживание? Хе-хе. Да и вообще, много я чем занимался в этой жизни.

— Ну, вот, видите. У нас с этим очень даже свободно.

Что-то у него такое выражение, как будто ему очень хочется добавить «даже чересчур». Впрочем, человек Сергей служивый, так что быстро преодолел секундное искушение, собрался с силами и продолжил.

— Олигархии у нас и правда нет, это да. Но Вы же не олигарх? Не миллиардер?

Развожу руками.

— Увы. Видимо, не суждено, выше мелкого бизнеса так и не поднялся.

Большая круглая голова обрадовано кивает.

— Вот, видите! Олигархия нормальному государству и не нужна, от неё один вред. У олигарха не может быть патриотизма, он думает не о народе и стране, а о своих прибылях.

Ага, ты мне ещё курс марксизма-ленинизма прочитай.

— Не буду спорить, но ведь и государственное управление на уровне отдельных предприятий показало себя не очень эффективным, скажем так.

Очевидно, что спор этот Сергей ведёт не в первый раз, и не я один тут такой умный приходил, потому что он с готовностью принял пас и тут же пробил в ответ.

— Так у нас почти нет государственных предприятий! Всего шесть казённых заводов, на всю Республику, на почти два миллиона человек! Судостроительный, авиаремонтный, патронный, два нефтеперегонных и химический. Но это стратегически важные, сами понимаете, тут без государства никак. А все остальные – на хозрасчёте, в управлении трудовых коллективов. Пришёл на завод, на простую работу, без квалификации и стажа – у тебя одна доля. Разряд получил, стало две. Мастером стал – четыре. До бригадира поднялся – семь. До директора – десять. Ну, это я условно, но, в общем, так и работает. Больше чем десять не бывает, запрещено законом. Уволился – ничего нет, ищи другую работу.

Заметив мою поднятую бровь, Сергей немедленно внёс идеологически выверенное дополнение.

— Но с работой у нас никаких проблем нет, наоборот, рабочих рук не хватает. Заводы строим, порты, дороги прокладываем…

— Да, я, кстати, заметил, что территория больше, чем в книге. И на западное побережье вышли, и устье Амазонки целиком заняли.

Опять энергичные довольные кивки.

— Вот-вот! Сейчас до Владизапада железную дорогу тянем, через горы, очень большой проект.

— А с социалкой у вас как?

— Отлично у нас с социалкой! Медицина бесплатная, образование бесплатное, детские сады бесплатные! Пенсия с 60 лет, но для женщин минус четыре года за каждого ребёнка.

— Это здорово, хорошо придумали.

— Конечно! Я же говорю – у нас всё для простых людей, всё для народа!

Что-то прямо рай на земле получается. Съездить, что ли, туда, поглядеть? Мм… Невыездным не окажусь, случаем?

— Скажите, вот Вы говорите, крупного бизнеса нет, но торговля, например, разрешена. Что мешает кому-то энергичному и предприимчивому создать торговую сеть, например? Или построить на свои деньги нефтеперегонный заводик, и бензин продавать?

Сергей слегка вильнул взглядом. Видимо, сейчас начнутся «объективные трудности» и «неизбежные ограничения».

— Это всё законом регулируется… Средства производства в частных руках могут находиться только такие, на которых человек может работать сам. Ну, или с близкими родственниками, семейные предприятия допускаются тоже. Всё остальное может быть либо коллективным, если люди сами на паях организовали и в этой сфере разрешены кооперативы, либо государственным. Ну и все недра, конечно, принадлежат народу, как и земля. Фермеры и кооперативы её в бессрочную аренду берут.

— У народа?

— Что, простите?

— Пошутил. С этим я понял, вроде как. А по политической части у вас как? Свободы там, и всё такое. И власти как появляются?

— Есть свобода слова, собраний. Нет ГУЛАГа и «троек».

На этом месте он с иронией хмыкнул. Изображаю ответную ухмылку.

— Конечно, нельзя призывать к чему-то, что запрещено уголовным кодексом. Ну так это и логично, правда?

Делаю гримасу, которую, при желании, можно истолковать как согласие. Да уж, весело… Кстати…

— Про свободу совести Вы как-то забыли упомянуть…

Собеседник описал разлапистой пятернёй некий круг в воздухе, как будто подбирая слова.

— Православие – официальная религия. Ну, то есть, праздники там, телеканал и радиостанция у Церкви свои есть. Но исповедовать другую религию тоже никто не запрещает. Есть, например, два католических храма, в Демидовске и в Новой Одессе. Конечно, агрессивные и тоталитарные культы, вроде ислама, иудаизма и прочих сектантов запрещены, но Вы же не из этих, надеюсь?

Хе-хе. А ведь он явно не прикалывается, очень естественно у него фраза прозвучала. Молодцы, мда.

— Нет-нет. Я атеист, вообще-то.

— Ну, тут тоже никаких притеснений. Каждый сам решает, когда он готов прийти к Богу.

Млять, а вот эта фраза меня всегда бесила. Ладно, хрен с ним.

— А при власти-то кто? Кто управляет?

— Народ!

Не в силах сдержать раздражение от этой болтологии, ехидно ухмыляюсь.

— Ага. Советский народ ест чёрную икру устами своих лучших сынов. Не надо демагогии. Кто реально руководит страной? Как он или они попадают в руководители?

Сергею мой тон явно не нравится, но он сдерживается. Ну, ему положено, на работе ведь.

— Законы принимает Верховный Совет, туда избираются депутаты по территориальным округам, и от основных предприятий и объединений. Настоящие выборы, на альтернативной основе, не один кандидат, как в советские времена.

— Звучит хорошо.

— Я же Вам говорю, ошибки прошлого мы учитываем. Национальных автономий никаких тоже нет, кстати.

— А вот это вообще замечательно!

Тон «старшего специалиста» стал несколько суше, но я на это особого внимания не обращаю. Насчёт автономий я вполне искренен, кстати – неужто даже левые способны учиться на своих ошибках?

— Скажите, а вот в «Земле лишних» какая-то кубинская автономия была на Диких островах…

Товарищ Иванов отмахнулся.

— В реальности не совсем так. Дикие острова, пока мы не навели порядок, контролировались несколькими квазигосударственными организациями, зарабатывавшими, в основном, всякими вещами на грани закона и за ней. Кубинцы контролировали одну из таких организаций, и оказывали нам помощь в наведении порядка. Не то, чтоб по доброте душевной, просто они там со всеми перессорились, и без нас их бы с островов выдавили. Когда всё закончилось, там и правда была идея сделать кубинскую автономию под нашим протекторатом, но как-то не заладилось. Причём сильно не заладилось, кубинцы попытались переметнуться к американцам, и в итоге они, с нашей помощью, организованно переселились в Латинский Союз, окрестности Нью-Рино и ещё куда-то там, а американцы оттяпали часть островов.

— И мы это признали?

Ишь, как у меня это «мы» непроизвольно получилось. Ну, голос крови штука мощная, что тут сказать. Сергей, похоже, тоже этот момент не упустил, судя по довольной улыбке.

— Да, признали. Там сложная ситуация была, тогда как раз много очень территориальных споров возникло – Китай протестовал против создания Индии, претендовал на весь северо-восток, Латинский Союз – против Калифорнии, Орден их принудил согласиться угрозой отключения от поставок с той стороны, фактически. Хотя всё красиво подавалось, для СМИ, но суть такая. Нас хотели отжать от западного побережья, туда планировалось шиитов переселить из Халифата, а то их там угнетают, вроде как… В общем, ситуация была сложная, и пришлось договариваться и идти на компромиссы. Зато теперь у нас есть Владизапад.

— Интересно… Ладно, давайте к Новороссии вернёмся. А исполнительная власть как формируется?

— Есть Центральный исполнительный комитет, в нём десять человек, каждый выбирается Верховным Советом на один десятилетний срок. Раз в год ЦИК обновляется на одного человека, соответственно. Если кто-то выбывает раньше, по здоровью, например, то выбирают нового до конца его срока, а не на десять лет. Верховный Совет может отозвать члена ЦИК ¾ голосов, но пока такого не случалось. Обязанности и подчинённые структуры распределены межу членами ЦИК. Суд похожим образом формируется.

— Понятно…

Ну, в целом, не самая глупая система. Позволяет сочетать преемственность курса с обновлением кадров.

— А партии есть?

— Есть Партия.

О как. Многозначительно этак голосом подчеркнул.

— Типа КПСС, что ли?

— Ну, есть сходство, да. Только у нас она реально делает то, что должна делать – отбирает и продвигает дельных людей, чистит руководящие органы от бюрократов, лентяев, хамов.

Ага. Идеологическую чистоту, опять же, блюдёт, насколько я понимаю. Впрочем, послушаем дальше.

-… реальная внутрипартийная демократия, выборность, дискуссии. Пока решение не принято, можешь отстаивать свою точку зрения, убеждать других. Ну, а когда принято, тогда будь добр, засучи рукава и работай.

Что-то мне всё это напоминает… Образ большевиков 20-х, пожалуй. Там тоже и дискуссии были, и всё остальное. Чем в итоге закончилось, все помнят?

-…честнее, чем буржуазная «демократия», когда к власти приходят либо горлопаны-популисты, либо ставленники денежных мешков. А у нас человек должен сначала авторитет в коллективе заработать, без этого его даже и рассматривать на приём в партию не будут.

— Как называется-то?

— Русская социалистическая партия.

Ну… звучит чуть коряво, но могло быть и хуже. По крайней мере, слова «русская» не испугались. Так, а на часах-то уже 13:05. Пора, думаю, выдвигаться к парку. Основную информацию я получил, если что, всегда можно уточнить.

— Неплохо звучит. Так это у вас там национал-социализм, что ли?

Заметив, что собеседник замялся, успокаиваю:

— Да нет, я же не с осуждением, наоборот.

Белобрысый облегчённо вздохнул.

— Ну, не то чтоб вот прямо национал-социализм, но стараемся брать лучшее от обоих систем, да. Просто я стараюсь с осторожностью в этом вопросе, а то люди всякие встречаются, у многих такая каша в голове…

Ага. Ну, значит, не всё так плохо, как мне представилось при слове «социалистическая».

— Ладно, Сергей, большое Вам спасибо, пойду я, пожалуй. И так уже пять минут обеда у Вас украл.

— Да ничего страшного, мне моя работа нравится. Люблю с людьми общаться. Успею пообедать ещё. Вот, возьмите брошюру, почитаете на досуге. Если доступ в Интернет есть, то зайдите на наш сайт в городской сети, там тоже много полезной информации.

— Спасибо, непременно.

Выхожу по коридору в вестибюль, на месте приятной пожилой тётечки торчит какой-то коротко стриженый здоровяк в камуфляже и с ефрейторской лычкой на погонах. Видимо, подменяет, пока она кушать пошла. Вежливо говорит мне «До свидания!», я не менее вежливо отвечаю.

На проходной давешний прапор тоже отсутствует, вместо него сидит стервозного вида худощавая тётка в камуфляже, в тех же чинах, что и чувак в вестибюле. Впрочем, вопреки первоначальному впечатлению, она вполне радушно поздоровалась, взяла номерок, отдала оружие и попрощалась. Видимо, в данном случае форма не вполне отражает содержание.

Ладно, пойду личную жизнь налаживать. Не то чтоб я прямо влюбился с первого взгляда, нет, вышел уже из этого возраста, лет пятнадцать как. Но девушка симпатичная, почему бы и не попробовать? Глядишь, и сложится чего.

 

 

Новая Земля, Вольный город Порто-Франко,

окрестности Городского парка,

кофейня-кондитерская «Sweet Tooth»

 

-…испанской и португальской литературы, но учительницей в школу в Лиме очень трудно устроиться, даже в государственную, а в частную почти невозможно! Да и вообще, любую работу…

Люблю, когда девушка много говорит. Потому как сам я не особо разговорчив, и, если собеседница такая же попадается, получается неловкое молчание над двумя чашками кофе. И получается так до уныния часто, к сожалению. Потому как, по какой-то причине, большинство девушек, с которыми я знакомлюсь, тоже не особо болтливы. Видимо, потому что меня всё время тянет на умных, а им, как правило, свойственна сдержанность. И выходит так, что обязанность генерировать юмор, веселье и вообще темы для разговора ложится на меня (мужчина же), и это не на шутку напрягает. А с Соле прямо душой отдыхаешь – тараторит не переставая. И не пургу несёт, нет, вполне разумная девушка, преподавательница испанского и португальского языка и литературы, хоть по специальности и не работала. Темперамент такой просто.

Мне остаётся только кивать, улыбаться, иногда вставлять пару слов, и где-то раз в три минуты просить красавицу говорить помедленнее. Ибо горячая латиноамериканская кровь начинает бурлить, темп речи повышается до пулемётной очереди и я перестаю понимать её castellano.

Миндальные пирожные тут очень вкусные, кстати, хоть и дорогие – по два экю за штуку. Большие, правда, если больше одного съесть, уже перебор получится. И кофе отличный. Ну, кофе здесь везде отличный, похоже. Хотя, конечно, не надо людей недооценивать – и не такие конфетки на …мм… «неконфетки» переведут.

-…мой двоюродный дядя, вот и устроилась пока у него официанткой.

— А по специальности не пробовала?

— Пробовала, конечно! В Порто-Франко семь муниципальных школ, и четыре частных, я все обошла. Нигде нет подходящих вакансий. Но я всё равно узнаю регулярно, не всю же жизнь официанткой работать…

Это хорошо, здоровые амбиции у нормального человека должны быть. За полтора часа общения я узнал о Соле довольно много: 24 года; третья из пяти детей в среднего (по перуанским меркам) достатка семье; единственная из братьев и сестёр окончила университет; любит читать, петь, готовить (иногда), фитнес и кошек; снимает трёхкомнатную квартиру вместе с двумя подругами; ну и много чего ещё. О себе я тоже рассказал, но довольно кратко и без тёмных подробностей.

Вот то, что она кошек любит, это очень хорошо. Я давно заметил, что женщины, любящие собак, и тебя стараются выдрессировать. А я не люблю, когда меня дрессируют. Те же, кто животных в принципе не любит, обычно чересчур нетерпимы к малейшим недостаткам, а у кого их нет, недостатков? У меня вот есть. Слишком добрый, скромный и честный, хе-хе. Ну и вру иногда, вдобавок. Вот кошки – это самое то. Умные, самостоятельные, при этом любят, когда их кормят и чухают за ушком. Я тоже такой. Ну, по крайней мере, таким себе вижусь.

С парнем, говорит, рассталась два месяца назад, и с тех пор никого нет. Это радует, конечно, хотя расслабляться не стоит. Для бедных стран совсем не исключение, когда девушка встречается с богатым иностранцем, при этом парень у неё есть, более того, он в курсе, и горячо одобряет поступление денег в семейный бюджет. Хоть Порто-Франко бедным и не выглядит, но Соле-то приехала сюда из Перу, а, как говорится, девушку из колхоза забрать можно, а вот колхоз из девушки – нет. На колхозницу Соле совсем не похожа, но мысль вы поняли, полагаю. В общем, будем посмотреть.

— Соле, а мафией тут как дела обстоят? Не …мм… – Чёрт, как на испанском «наезжают»? А хрен его знает. Подавив искушение перейти на английский, продолжаю. – Денег не требуют с Деони́сьо и доньи Пули́до? За «защиту»?

Дионисьо – это тот самый двоюродный дядя, управляющий гостиницей и рестораном. Принадлежит же всё заведение (как и ещё одно похожее, плюс ночной клуб и три доходных дома) донье Розе Пулидо, вдове перуанского наркобарона, успевшей свалить сюда с частью сбережений скончавшегося от передозировки свинца супруга. О чём Соле рассказала мне с подкупающей непосредственностью – мол, что такого, дело-то житейское. Ну, в принципе, не мне тут пальцами обвиняюще тыкать, мдя.

— Нет, здесь такого нет. Полиция очень хорошо работает, и взяток не берут. Рэкета нет. Ограбить на улице могут иногда, в районе вроде Блаффа особенно, а в прошлом году было даже нападение на банковский броневик! С гранатомётами! Но их поймали, они даже с места скрыться не успели. То есть, не поймали, а застрелили всех.

Прерываю этот душераздирающий рассказ, дабы вернуться к интересующей меня теме.

— Хорошо, в ресторан рэкет не приходит, и за защиту никому платить не надо. А про ночные клубы и казино не знаешь?

Красивое лицо Соле приняло задумчивое выражение. Ей идёт, кстати.

— Точно не знаю… Вроде, нет. У меня несколько подружек в клубах работают, никогда не слышала про такое. Но я специально и не спрашивала. А почему интересуешься? Ночной клуб хочешь открыть? Или казино?

Я же говорю – умная.

— Ну, думаю пока. Чем-то же надо на жизнь зарабатывать.

Девушка, кажется, обрадовалась.

— Ты решил остаться в Порто-Франко?

— Думаю, да. Мне здесь нравится.

Вообще, конечно, хрен его знает. Идеи по бизнесу есть, но надо изучить местные реалии сначала. А то гладко было на бумаге, да забыли про овраги.

Соле задумалась на минуту, после чего рассудительно сказала:

— Обычные бизнесы, вроде ресторанов, защищает полиция. Я не уверена, как обстоят дела с клубами и казино, но они точно принадлежат тем, кто может за себя постоять. У них есть люди, есть оружие, к ним бандиты не подойдут, в любом случае. А ты один. Если кто-то захочет вымогать у тебя деньги, тебе будет трудно сопротивляться.

Тут она права, конечно. Поэтому я и говорю – надо, для начала, рекогносцировку произвести. А там видно будет.

— Ладно, об этом пока рано говорить. Я даже не знаю ещё, чем буду заниматься. Слушай, а пойдём часы мне купим? А то неудобно за телефоном каждый раз лазить, когда время нужно посмотреть.

— Пойдём! Тут очень хороший салон недалеко, я покажу!

Ишь, воодушевилась. Что-то мне подсказывает, что одними часами дело не обойдётся. Ну, я это и подразумевал, когда предлагал. Иначе бы один сходил, без неё. Как ни крути, а отношения требуют вложений, финансовых в том числе.

 

Новая Земля, Вольный город Порто-Франко,

Оушен-Авеню, паб «Bilfawst»

 

Пиво здесь и правда отличное. Причём всё, что любопытно. Даже те сорта, что я не очень люблю, сварены очень качественно, это чувствуется. Вот, например, сейчас Buck’s Head пью, варят здесь же, в Порто-Франко. Я вообще к IPA не то, чтоб с восторгом, это американцы по нему фанатеют, но вот вкусно же! Реально вкусно. Интересно, в воде дело, или в пряморукости местных пивоваров?

Потянувшись за очередной полоской вяленого мяса, твёрдого и острого, непроизвольно морщусь от боли в плече. Том замечает гримасу.

— Чего такое?

— Да, продуло, похоже. Надо больше пива, и всё пройдёт.

Плотный потомок ирландских, шотландских и хорватских иммигрантов, решивший пойти по стопам предков, покачал головой и авторитетно заявил:

— Не, пиво не поможет. Надо виски, тройное. Тогда наутро как рукой снимет.

— Мм… нет. Не люблю мешать. Плечо пройдёт или нет, хрен его знает, а вот башка болеть точно будет.

— Ну, как знаешь. У меня не болит.

— Было б у меня такое брюхо, как у тебя, в котором бочонок пива уместится, у меня бы тоже не болела.

В самом начале вечера, здоровяк шустро влил в себя две порции виски. «Для разогрева печени», как он объяснил. Не, нафиг такие разогревы. А плечо я не продул, на самом деле, оно болит после часа тренировок по быстрому выхватыванию пистолета (1911, в данном случае) и изготовке к стрельбе. Дело это муторное, но нужное, ибо, если пистолет у тебя есть, но выхватить его быстрее, чем парень напротив, ты не можешь, то это всё равно, что у тебя его нет. Даже хуже, потому как, если бы у тебя его не было, то тебя бы и как угрозу расценивали значительно ниже, и могли бы сразу стрелять и не начинать. Но рассказывать посторонним про такие тренировки не стоит, всегда лучше преподнести сюрприз. Да и вообще, скромнее надо быть.

Том с демонстративной нежностью погладил себя по вышеупомянутому брюху.

— Завидуй молча. И вообще, толстые лучше стреляют, это всем известно. Центр тяжести ниже, устойчивость выше, и отдачу меньше замечаешь. Чем толще человек, тем лучше он стреляет, и из большего калибра.

— Ага. Вон тот чувак, в таком случае, может 505-м калибром комару яйца отстрелить?

Киваю на огромного, под два метра ростом и за полтора центнера весом, бритого наголо мужика на дальнем краю стойки. Судя по пшеничного цвета бороде до пояса, завитой в косички, татуировкам на руках и шее, перстням-кастетам и кожаному прикиду, это либо член (мозг? желудок?) банды байкеров, либо чувак насмотрелся американского кино и усиленно косит под такового.

— Этот? Хм… этот может и отстрелит. Это Шон «Молот» Брюер. Опасный тип, с ним лучше не связываться. Второй человек у местных «Hells Angels».

Ага, вот и удобный повод вывести разговор на интересующую меня тему. Вообще-то, изначально я хотел пройтись по местным злачным заведениям, проверить, как у них тут обстоят дела с игровыми автоматами. Но уже во втором по счёту из этих самых заведений наткнулся у входа на Тома, и вот, в итоге, сидим и бухаем. Надо бы, кстати, пожрать чего-нибудь взять, пока не окосел.

— Том, что здесь из еды стоит взять?

— Рагу бери, не промахнёшься. Джерри! Джерри!

Один из двух барменов, худощавый и усатый, повернулся к нам.

— Да, Том?

— Два рагу, и пиво повторить. Знакомься, кстати – это Ви́тали, он из Москвы. Старой, не здешней. А это Джерри, он местный, из Роки-Бэй.

— Привет.

— Здорово.

Интересно, первый человек, из тех, с кем я успел познакомиться, родившийся здесь. Какое, кстати, соотношение? В брошюрах, которые дал Жора, такой инфы не было, кажется. Ладно, это не так важно, есть и без того, о чём поговорить.

— А что за «Ангелы» такие?

— Да всё как в Штатах, на той стороне. Официально – байкерский клуб. Владеют несколькими ночными клубами и борделями. Кроме того, занимаются наркотиками, крышуют разные скользкие бизнесы, типа казино и борделей, торгуют оружием из лицензионного списка, ну и тому подобное. Три года назад сильно поднялись, когда из города выселяли мусульман. До этого чеченцы в таких делах рулили.

Ни фига себе, новости.

— Чё, прям вот так всех взяли и выселили? И куда они делись?

— В Халифат, куда же ещё. Ни одна территория на Севере их не принимает, мы последними были. И то, гражданство им ещё лет за пять до выселения перестали давать, но к тому времени уже две тысячи его получили. Достали тут всех, так что Совет провёл общегородской референдум, их лишили гражданства и дали три месяца на выезд.

— Весело… А Орден что?

— Орден настоящую истерику устроил. Угрожал перекинуть все Базы в другое место. Но успокоился в итоге. Хотя, отношения и города и Ордена тогда как испортились, так и не наладились. Сейчас с неграми такая же история – никто на Севере их не принимает, даже американцы отказались, как Орден ни давил. Ну, бразильцы принимают своих, но их очень мало переходит, единицы, буквально. У нас тоже им гражданство не дают. Но и выселять не рискуют, орденские дали понять, что это они уже не проглотят. Так что есть такой район, Блафф, на юго-востоке, там типа гетто. Полиция и власти их выдавливают потихоньку, даже билеты до Дагомеи на корабль оплачивают, но уезжает мало кто. Даже в Блаффе лучше, чем в Малколм-Экс, ха-ха.

— Слушай, так я не пойму – а зачем их вообще через северные базы присылают на Новую Землю, а не через южные?

— Да у Ордена заскок такой. Нельзя делить людей по религии и национальности, это дискриминация, поэтому чёрных из Детройта и арабов из Франции присылают сюда. Всем от этого один сплошной геморрой, включая самих арабов и чёрных, но вот так оно есть. Хорошо ещё, чеченцев ваших перестали присылать, а то вообще пипец одно время творился.

Мдя… Совершенно непонятно, за каким хреном Ордену всё это сдалось. Пусть даже он под контролем тех, кто год назад выборы в Штатах проиграл. Там-то ясно, они за голоса всякой фауны боролись, но здесь? Не могут же они искренне во всю эту чушь верить? Я вообще очень сомневаюсь, что такие люди могут искренне верить во что бы то ни было, кроме денег и власти. Непонятно…

— А как тут у вас с оргпреступностью вообще?

Том задумчиво отхлебнул хороший глоток какого-то тёмного (я бы даже сказал, чёрного, на дёготь по цвету похоже) пива.

— С оргпреступностью у нас тут хорошо. Она есть, много и разная. «Святые» есть, есть итальянцы, есть латиносы, есть русские. Тебя что конкретно интересует?

Ага, русская братва здесь тоже имеется. Ну, понятно, куда-то же должны были деться те, кто с новоросским национал-социализмом не ужился. Вообще, это плохо, конечно. Скорее всего, к «соотечественникам» эти ребята относятся по принципу «земляка поиметь – что дома побывать», причём считая тебя своим «подшефным» по умолчанию.

— Ну, думаю вот, чем заняться. У меня в пригороде Москвы небольшой бар был, с музыкой, игровыми автоматами, всякое такое. Вот, подумываю, может, здесь аналогичный открыть.

Оружейник изобразил лицом умеренный скепсис.

— Ну, смотри сам, конечно. Но учти, конкуренция здесь очень высокая. Каждый третий парень, ограбивший за воротами банк, кинувший наркомафию или навыдававший лицензий на застройку парковой зоны, решает открыть ночной клуб. Да, мы богатый город, по меркам Новой Земли, и весь поток переселенцев идёт через нас, но, тем не менее, разоряются эти заведения в итоге сплошь и рядом.

— Хм… Спасибо за инфу. Но я-то вроде разбираюсь в этом деле, я-то банки не грабил, и лицензии не выдавал. Понятно, что сначала надо рынок изучить, пороть горячку не собираюсь. Меня пока другое интересует – вот открыл я своё заведение, начал работать. Ко мне придут и предложат крышу? И что будет, если откажусь?

Джерри притащил две порции ирландского рагу в больших глубоких мисках, поставил перед нами, и принялся наполнять кружки. Ну-ка, попробуем… Очень даже неплохо.

— Хорошее рагу.

— Ага, я же говорил. Придут к тебе или нет, зависит от того, что именно ты откроешь, и где. Если это будет обычный бар где-нибудь в нижней части Мэйн-Стрит, то никто к тебе не придёт. А если и придут, то это какие-то молодые идиоты, ты обратишься в полицию, и она ими займётся. Если что-то в этом районе, с игровыми автоматами, стриптизом по вечерам и прочим в таком духе – к тебе обязательно подкатят, и дальнейшее зависит от твоих яиц и умения разговаривать. Вот это богоспасаемое заведение, например, в котором мы сидим, никому за крышу не платит. Но оно принадлежит двум ребятам, которые раньше служили в PSNI[3] и умеют постоять за себя. Что не менее важно, у них есть друзья, которых они, при необходимости, могут подтянуть. Я в курсе, потому что частенько с ними на стрельбище общаюсь, приятели мы, вроде как. Так вот – они никому не платят, но это стоило им большого количества нервов, сбитых костяшек и одной сожжённой машины. Машины здесь дорогие, так что это весьма неприятно.

— Понятно…

Том, с удовольствием прихлебывающий пиво, поднял вверх палец, показывая тем самым, что ещё не закончил.

— Можно, конечно, обратиться к полиции, и она постарается помочь, но тут надо хорошенько подумать. Потому как некоторые серьёзные люди могут гораздо больше расстроиться от того, что ты пошёл в полицию, чем от того, что ты отказался им платить. Вот… Ну, а если ты откроешь бордель и казино в Родхуке, с парой штатных наркодилеров, тогда без крыши тебя пристрелят в первый же день, и полиция не будет по этому поводу особо переживать. Как-то так, в общем.

Родхук – это местное сосредоточие злачных мест. Район на северо-западе города, мы почти на его границе, кстати. В паре кварталов отсюда начинается. «Красный угол», в переводе с хрен знает какого языка.

Мдя… С крышей и вообще братвой связываться не хочется, от слова совсем. Хотя, если другого выхода не будет, то куда ж деваться… Разве что, на другие города смотреть…

— А что за русская мафия тут? Сильная?

Бывший сержант «Первого отряда»[4] неопределённо пожал плечами.

— Да нет, вроде. «Loan sharks» знаешь, что такое? Вот, этим делом занимаются. Больше как-то ничего особо о них не слышно, держатся своих.  А, точно, ты же русский. Могут из-за этого попытаться тебя данью обложить, какой бы бизнес не открыл. Но тут уж ничего не могу сказать, мало о них знаю. Появились позже остальных, когда русские и тут стали коммунизм строить, то много народу оттуда убежало. Ты, кстати, не коммунист? – спросил Том с внезапно проснувшимся подозрением.

Пришлось успокаивать, что нет, совсем даже наоборот. В здешней Новороссии, правда, насколько я понимаю, строят скорее фашизм, ну да не время и не место объяснять разницу. Что плохо, так это то, что он прав – вполне могут наехать. Ладно, будем думать.

So far, наиболее перспективной идеей по зарабатыванию денег мне представляется открытие зала игровых автоматов. Я этим делом занимался, и неплохо в нём разбираюсь. А оно совсем не такое простое, как может показаться. Там очень много тонкостей, без знания и учёта которых зал «не взлетит». Вот, например, взять этот паб, в котором мы сидим, «Bilfawst». Да, пять автоматов у них есть, все «Атроники». За «Beach Patrol» вон даже чувак какой-то сидит, как не странно. А странно, потому что нарушено всё, что только можно. Автоматы стоят на ярко освещённом проходном месте, возле туалета, музыка возле них гремит, да ещё и набивка кредитов идёт с ключа, и специального человека на это не выделено – надо просить бармена, чтоб он шёл туда через ползала. Идиотизм какой-то. Да и сами «Атроники» — очень так себе машины, никогда их не любил. «Геминаторы» рулят, если кому интересно моё мнение. Ну, или «Игрософты», если публика попроще. Непонятно, короче, зачем, при таком подходе, вообще было озадачиваться автоматами.

Впрочем, я только в двух заведениях пока был, и в первом автоматов вообще не было, так что, не будем спешить с выводами.

 

 

Новая Земля, Вольный город Порто-Франко,

Стейшн-Стрит, ресторан «Arequipa»

 

Большая кружка хорошего кофе после вкусного и плотного завтрака располагает к размышлениям. Благо, подумать есть над чем.

Обстановку по части игорного бизнеса в Вольном городе Порто-Франко я за прошедшие четыре дня изучил досконально. Вывод, если вкратце – нормальных игровых залов здесь нет. Ну, нормальных в моём понимании, по крайней мере. Есть четыре не поражающих размерами казино в Родхуке, принадлежащих основным «группам авторитетных бизнесменов», так сказать. Как повод для небольшого всплеска патриотизма, можно отметить, что, наряду с итальянской, латинской и ирландской мафией, своим казино обзавелась и русская – «The Kremlin» называется. А вот ребята в коже и на железных конях своим не обзавелись, видимо, слишком сложно для них. Ну, они на наркоте своё отыгрывают, думаю – большая часть городского рынка-то под ними, не считая Блаффа и пары латинских районов. В общем, казино здесь стойко ассоциируется с мафией, что, конечно, для меня плохо. Впрочем, сильно унывать не стоит. Формат местных казино — это карточные столы и рулетки, живая игра, клиентура – люди состоятельные, с положением в обществе (криминальном в том числе). Для них посещение казино – это выход в свет, в первую очередь. Автоматы во всех четырёх казино есть, но мало, расставлены неудачно, и заметно, что популярностью большой не пользуются и никто ими особо не занимается. Вернее, наоборот – никто особо не занимается, потому и популярностью особой не пользуются. Так что, для местных мафиози я никакой не конкурент. Вопрос, правда, насколько они с этой мыслью согласятся.

Ещё автоматы группами по несколько штук есть во многих барах и ночных клубах, но, опять-таки, не как основной вид бизнеса, а как «ну, и ещё вот у нас что есть». А конь так не ходит, этим делом нужно целенаправленно заниматься, тогда и отдача будет соответствующая.

В общем, перспектива есть. Как заработать и хорошо подняться, так и поиметь кучу неприятностей с местным криминальным миром. Надо думать, в общем, что перевешивает. Чем я и занимаюсь, собственно.

Чего я вообще застрял в этом Порто-Франко, когда вокруг огромный пустой мир? Ну, для начала – он не пустой. Везде есть государства, законы, налоги и прочее. А где их нет – там и жить проблематично, ибо негде. Строить самому бревенчатую хижину, корчевать джунгли под пашню и заниматься аналогичными увлекательными вещами у меня лично нет ни малейшего желания, благодарю покорно. Нет, я с огромным уважением отношусь к людям, которые так и поступают, просто я не из их числа. И жить куда-то перееду не раньше, чем там электричество и водопровод появятся. И возможности для заработка головой, а не руками и прочими конечностями. Конечности я в спортзале предпочитаю нагружать, а не на работе.

А? Открывать и исследовать новые земли? Мдя… Ну вот как вы себе на практике это представляете? Если самому по себе этим заниматься, то у меня денег хватит максимум на одну маленькую экспедицию. Например, от Британской Индии на юг, вдоль побережья. Так оно уже исследовано, на четыре тысячи километров вниз. Две с лишним тысячи километров заросшего джунглями болотистого берега, пятисоткилометровая полоса саванны и потом пустыня. Кстати, небольшие негритянские деревни уже и там находили – черношкурый народ разбегался от гражданской войны в Дагомее, куда глаза глядят. Схожу я в экспедицию, и? Останусь на бобах, и что дальше? Настоящие, хорошо оснащённые экспедиции отправляет Орден (редко, потому как это дорого), и местные государства (ещё реже, по тем же причинам). И у них свои исследователи есть, в погонах и штатском. Чужих им не надо, недостатка в людях, готовых утолять зуд в пятой точке за казённый счёт нет никогда и нигде, а уж здесь-то особенно.

Да и вообще, ну вот что там интересного? Три месяца прорубаться сквозь парную джунглей со скоростью триста метров в день, гния заживо среди москитов, пиявок и прочей пакости, чтобы открыть очередной безымянный приток какой-нибудь речушки? Или брести эти же три месяца по саванне, заживо же плавясь от жары, отбиваясь от местной фауны (а от неё не так просто отбиться, как я понимаю), в надежде не сдохнуть от жажды до того, как набредёшь на очередной мутный водопой? Морские путешествия комфортнее, конечно, но скучны, да и укачивает меня… Короче, чтоб всем этим заниматься, нужно быть очень специфическим человеком, а я таковым не являюсь. Не до нужной степени, во всяком случае. Другое дело, если какая-то внушающая доверие наводка – алмазные россыпи, там, или золотые. Ну, или в руководство партии переселенцев, основывающих новую колонию, попасть. Тогда да, прорублюсь, пройду и доплыву. Но как-то не видать на горизонте таких вариантов. Так что, вы как хотите, а я планирую остаться здесь, и игровым бизнесом заняться. Благо, я в этом понимаю. А вот когда есть постоянный источник дохода, тогда можно и попутешествовать.

Соле грациозно пробежала мимо, спеша с подносом к соседнему столику. На смуглой руке блеснули серебром новые часы. Триста пятьдесят экю отдал, вдвое больше, чем за свои. Ладно, надо же девушку порадовать. Себя бы тоже хорошо, конечно, но с этим пока проблема – приглашать к себе в номер было бы некорректно, учитывая её место работы, а дома подружки. Ладно, что-нибудь придумаем по этому поводу.

 

ПРОДОЛЖЕНИЕ КНИГИ

[1] Human Resources

[2] Soledad – одиночество (исп.)

[3] Police Service of Northern Ireland

[4] «First Team» — прозвище 1-й кавалерийской дивизии Армии США (на самом деле дивизия бронетанковая, конечно, а не кавалерийская)

3 комментария

  1. Книжку дочитал. Не люблю книжки, в конце которых понимаешь, что история только началась, и скорее всего придется еще купить 3 серии.

    • А я люблю. Можно не напрягаться, выискивая, что почитать.
      Автор. Вы совсем свой сайт запустили. Плохо гуглится.
      На тему ЛыЖы:
      газ не «сжыженый» а «сжызженый»;
      В слове «ДжЫдаи™» «Д» глухая, не пишите её.

    • retry:
      А я люблю. Если хорошо, можно не напрягаться,
      выискивая, что ещё почитать.
      Автор. Вы совсем свой сайт запустили. Плохо гуглится.
      На тему ЛыЖы:
      газ не «сжыженый» а «сжызженый»;
      В слове «ДжЫдаи™» «Д» глухая, не пишите её.

Leave a Reply